В темноте, как огонь в мрачной гробнице, шагают четверо. Ночь умерщвляет все звуки — за исключением шелеста одежды и соприкосновения камней под ногами. Монгольские братья-близнецы, Бат и Батар, маскируются в ночи, прикрываясь лишь тихим скрежетом их дыхания. Здесь, на гнилой земле после мокрого дня, все должно быть тщательно спланировано и упорядочено....
Ай, к чёрту. Моё дело чтобы лампочки светили, и розетки работали. С остальным поляки пусть разбираются сами.
Я отзвонился инспектору и предупредил, что работы начались, и надо уже завозить основное оборудование. КТП-шка, от которой планируется питать пансионат, ещё где-то на складе. Да и несколько опор понадобится, потому что линия далековато проходит.
Он очень удивился, что я справился с духами так быстро, и обещал сделать всё в лучшем виде.
— Может, и бригаду нормальную пришлёшь? — попытал я удачу.
— Извините, Игорь Сергеевич, — виноватым голосом ответил он.
— Ладно, — вздохнул я. — Хрен с ним, и так справимся.
Я не только руководил, но и сам работал руками. Это позволяло успокоить мысли, отвлечься. Вот протянул кабель, завёл его в распаячную коробку, где соединил с Т-образной муфтой. Один выход пойдёт дальше, а второй, перпендикулярный, будет питать ряд светильников.
На улице уже стемнело, и приходилось работать под светом переносных ламп.
Сидельцы вполне неплохо справлялись с работой. Среди них оказались ребята с явным талантои реставратора, которые заделали ниши так, что не подкопаешься. Чему только в наших тюрьмах не учат…
Все поработали на славу, и к ночи вполне заслуженно отдыхали. Близнецы опять намутили богатый стол, успев наловить рыбы в ближайшей реке, поэтому мы разместились под открытым небом возле костра. Погода всё ещё была отличной, ночной морозец компенсировался жаром огня, а близнецы догонялись ещё какой-то настойкой из Монголии, которую раздобыли ещё в Москве.
А вот Стефан попробовал и резко стартанул прочь под смех близнецов. Не зашёл, видимо, шляхтичу степной напиток.
Но вечерние посиделки долго не продлились. Все устали, даже меня клонило в сон. Бригада потихоньку разбрелась по бытовкам, и я, оставив Бата с Батаром, направился к своему вагончику.
Я улыбался. Несмотря на все трудности, мне нравилась эта работа.
Я внезапно осознал, что вернулся домой. Протянул руку, и мелкие ветки защекотали ладонь. Вдали тёмными силуэтами виднелись деревья. Где-то журчал ручей… И тут я услышал глухой шорох клинка, которого высвобождали из ножен.
