В темноте, как огонь в мрачной гробнице, шагают четверо. Ночь умерщвляет все звуки — за исключением шелеста одежды и соприкосновения камней под ногами. Монгольские братья-близнецы, Бат и Батар, маскируются в ночи, прикрываясь лишь тихим скрежетом их дыхания. Здесь, на гнилой земле после мокрого дня, все должно быть тщательно спланировано и упорядочено....
Солдаты ещё ничего не поняли, а вот офицер оказался хорош. Он тут же среагировал на угрозу и, наверное, машинально обнажил саблю.
Вот только его подчинённых это не спасло. Ещё один выстрел, взмах кинжалом, и двое падают на землю. Караульный, которого так и не успели сменить, схватился за оружие, когда я уже был между ним и офицером. Левой рукой остановил удар сабли, встретив его кинжалом, а правой минусанул караульного.
Ещё один удар, теперь с ноги, и теперь попятился офицер одновременно с выстрелом, убравшим последнего солдата, который только хотел поднять тревогу.
Остался самый сильный. У офицера стояли магические щиты, но выстрелы из пистолета в упор били очень сильно. Это как получить по каске бейсбольной битой с размаху. Всего три выстрела потребовалось, чтобы пробить брешь, а четвёртый прикончил британца.
Так, теперь быстро вверх по лестнице. Быстро, но тихо.
— Что-то они долго, я уже жрать хочу… — раздалось из турельной.
— Ага. Грайсен любит устроить выволочку. Ты погоди, ещё у нас будет принимать посты, заглядывая в каждый угол! Не будет.
Застав постовых врасплох, я без особого труда с ними разобрался. Затем убедился, что прожектора на вышках дальше по цепочке тоже перестали блуждать по реке, причём один за другим. Стояли башни дальше, чем располагались звенья нашей цепи, но это хорошо.
Теперь оставалось совсем немного времени, когда британцы заметят неладное.
Быстро спустился, побежал вдоль берега, глядя на планшет с отметками о сброшенных творцах и попутно вытаскивая блок последнего творца.
Добрался до башни, сел за турель и начал поворачивать её в обратную сторону. Включил рацию.
— Первый готов.
— Второй готов, — отозвался Накамура.
— Третий…
— Четвёртый…
Все отметились. Прожекторы также служили сигналом для русских войск, чтобы готовились атаковать.
Семь.
Шесть,
Пять.
Четыре.
Сердце забилось чаще. До этого момента я сохранял спокойствие, но вдруг почему-то заволновался. Будто осознал наконец, что происходит.
Три.
Два.
Вздохнул, переведя взгляд в сторону огней пока ещё мирного города Кувана, занятого британцами."
"Один.
Ноль.
