В темном коридоре царит мрачный шепоток и холодная пыль. Опустив подзорную трубу, я замер, улавливая последнее видение – зловещие озеро Азова с его каменными структурами. Но бесполезно — здесь все обрывается в безысходности.
Похоже, «Инженер Петра Великого – 7» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— За мятеж во время боя, — мой голос разнесся над площадью, — положена одна кара. Смерть.
Сытин вздрогнул, но головы не поднял.
— Вы подняли оружие на своего командира, — продолжал я, обращаясь уже непосредственно к ним, — и были готовы обречь всю эту армию на гибель ради своего упрямства. Вы поставили себя выше приказа Государя. За это нет прощения.
Я снова замолчал, позволяя тишине давить.
— Но, — повысив голос, прогремел я, — сегодня день великой победы русского оружия! И я не хочу омрачать этот день кровью, даже кровью предателей.
Подойдя к Сытину, я сам, своим ножом, перерезал веревки на его руках. Он отшатнулся, не веря своим глазам.
— Полковник Сытин, вы и ваши сообщники разжалуются в рядовые. Без права выслуги. Искупать свою вину перед Государем и Отечеством вы будете здесь, в Азове, на работах по восстановлению этих стен. Это мое решение. Государь, когда вернется, рассудит иначе — его воля. А до тех пор — вы рядовые моего полка.
Надо отдать должное, старик только сурово посмотрел на меня и промолчал.
Не давая армии опомниться, я вернулся на крыльцо.
— А теперь — о тех, кто заслужил не позор, а славу! — Мой голос загремел с новой силой. — Капитан Разин! Поручик Дубов! Поручик Ржевский! Капитан Орлов! Выйти из строя!
Один за другим они выходили, чеканя шаг, с суровыми и торжественными лицами. Я вызывал их по именам: командиров штурмовых групп, инженеров-самоучек, отчаянных диверсантов.
— Властью, данной мне Государем, — провозгласил я, — за проявленную доблесть и беспримерное мужество все офицеры, участвовавшие в ночном приступе, представляются к повышению в чине на одну ступень! Все нижние чины — к награждению серебряным рублем и двойным жалованием за месяц!
Площадь взорвалась криками «Ура!», однако этот рев не смог заглушить тяжелого, неодобрительного молчания старых офицеров, сбившихся в стороне.
— Капитан Хвостов! — крикнул я, перекрывая шум.
Вперед, поддерживаемый двумя солдатами, вышел бледный, но улыбающийся Хвостов с перевязанной рукой. Спустившись с крыльца, я лично подошел к нему. Только утром я узнал, что он все же выжил.
— За то, что не дрогнул и сохранил своих людей для будущих битв, — ты отныне майор, Хвостов. И первый заместитель коменданта этой крепости."
"Хвостов растекся широкой улыбкой. Армия ликовала.
