— Я упер руки в бока, держа правую так, чтобы не было видно зажатого в ней ножа.
Из-за кустов вышел человек в красноармейской форме.
— Извините, товарищ командир, не признал…
Боец виновато опустил голову, но было видно, что его ноздри жадно ловят ароматы, которые источала полевая кухня.
— Ладно, проехали, — махнул я рукой. — Показывай дорогу. Папочка приехал, пожрать привез детишкам.
При моем появлении Земляной подал команду:
— Становись!
Вмиг образовался довольно ровный строй. Земляной, печатая шаг, шел мне навстречу, вскинув ладонь к козырьку.
— Товарищ командир! Личный состав лиц освобожденных из плена построен. Докладывал старший сержант Земляной!
— Так, предупреждаю сразу! — Я вышел перед строем. — Мы находимся на территории, временно контролируемой противником, поэтому не орать, говорить вполголоса. А теперь здравствуйте, товарищи!
Ответ прозвучал хоть и не громко, но внушительно. А я тем временем продолжил:
— Вы все были освобождены из плена. Сдача в плен, особенно если вы в тот момент не были контужены и не находились в бессознательном состоянии, является позором для воина. Родина, народ дали вам в руки оружие, чтобы вы защищали свои дома, жен, матерей, сестер и дочерей, но вместо этого вы решили, что защищать их вам не по силам. Вам, здоровым мужикам, оказалось не по силам защитить тех, кого вы обязаны защищать, хотя бы и ценой своей жизни. — Весь строй стоял, опустив головы и сжав кулаки. — Я не собираюсь втолковывать вам прописные истины или судить вас. Ваша совесть — вот ваш судья. С этого момента вы все — бойцы отряда специального назначения. Вам предоставляется еще один шанс встать на защиту Родины. Последний шанс. Если кто из вас и на этот раз струсит, то я лично пристрелю его. Запомните: спецназ не сдается! Надеюсь, все меня хорошо поняли. Разойдись! К раздаче и приему пищи приступить!
Не успели раздаться первые звяканья ложек о металлические чашки, как объявились Черных с Гризли.
— Вы какого здесь делаете? — вызверился я. — Я что приказывал?
— А что я-то? — Черных глазами показал на Домнина.
— Да не ругайся ты… — Гризли как-то по-доброму улыбнулся. — Мы в лагерь малого отправили, а сами за вами поехали. Я накидку надел и каску напялил, в коляску сел. Чуть мимо сворота не проехали. Дождались, когда колонна пройдет, и свернули, потом веточками траву подняли, чтоб не видно было, что кто-то в лес поехал. А там по следам машины и до места доехали. Вдруг тебе помощь понадобится. Вон их тут сколько, а ты один.
Махнув рукой на этих двоих, я занялся подозрительными личностями. Трое из них, увидев стоящего за моей спиной и поигрывающего здоровенным тесаком Гризли, раскололись сразу. Оказались бывшими заключенными, переодевшимися в красноармейскую форму, чтобы удобнее было грабить.