Когда Федор Михайлович начал рассказывать о сокровище на Марсе, стало очевидно, что правда могла оказаться гораздо более удивительной и опасной, чем ложь. В мире мифов и реалий, где природа не знает границ, Кузя и Семен чувствуют себя неловко, но их интерес к этому открытию становится все сильнее....
– Макс? Это ты?!
Юркин кивнул и уже другим тоном сказал:
– Привет! А ты не меняешься! Как всегда, петардой взлетаешь.
– А ты, как всегда, сразу орешь, – улыбнулся Константин Львович. – Парни, отбой, идите в машину. Все нормально.
Охрана вмиг испарилась.
– Александр Михайлович, Дарья, Алла Николаевна, познакомьтесь, пожалуйста, – пробормотал Юркин, – мой хороший приятель Костик. Давно с ним не виделись… Ох! Алла Николаевна, вы же его знаете!
– Ага, – подтвердила владелица исправительного центра, – это мой муж.
Каверин подошел к Юркину.
– Ну прости, не выношу, когда на мою жену нападают.
– Все нормально, – кивнул Максим, – сам напросился. Крышу сбросило. Дочь пропала, а она у тебя жила.
Алла Николаевна вскочила.
– Давайте чаю выпьем или кофе, кто что хочет! Коньяка глотнем! Костя, это Дарья и Александр Михайлович. Кстати, он полковник полиции.
– Сейчас владелец частного сыскного бюро, – спокойно пояснил Дегтярев. – Алла Николаевна права, надо кое-что обсудить.
– Ну и нервы у вас, сыщики, – покачал головой Юркин, опускаясь в кресло.
– Разве это базар? – улыбнулся полковник. – Если кто кого в самом деле к праотцам отправить собрался, он так себя вести не станет. Дверь распахнет и молча с порога всех уложит. Просто покричали, пар выпустили. Бывает.
– И Дарья тоже глазом не моргнула, – не умолкал певец.
Я старательно улыбнулась. Верно! Я не моргнула и не завопила, потому что у меня от страха все мышцы парализовало, веки не двигались, голосовые связки не работали.
– А, – махнул рукой Дегтярев, – Дашенцию я лично выучил. Она огонь. Железная женщина. Никогда не впадает в панику.
Я чуть не вывалилась из кресла. Ну и ну! Полковник меня похвалил? Да быть такого не может! Но дальше случилось нечто невозможное – Александр Михайлович обнял меня.
– Умница она. На французском, как на русском, шпрехает.
– Хорошее предложение, – согласился Константин и сел рядом с Аллой Николаевной. – Жена все про подземный ход рассказала. Мы ничего про него не знали.
– А мы и подавно не владели этой информацией, – кивнул Юркин.
– Да, – прошептала Олеся.
Потом она вынула из сумки носовой платок, прижала его к лицу и тихо заплакала.
– Давайте успокоимся, – произнес Дегтярев, – забудем про эмоции. Пока у нас одни размышлизмы.
