Автор
Внутри закрытого особняка ярость скребется насквозь, когда каждый звук и ворон громко откликается в тишине. Тело моё истощено долгими допросами, а душа обжигает предательство подозреваемого. Но стена ещё не растечится на бумагу, словно моль в листе хвои.
Но я надолго не мог задержать дыхание. Вдохнул, и боль пронзила правый бок еще с большей силой, так что я стиснул зубами полотенце.
– Выдыхай, снова задержи дыхание и терпи как можно дольше, – прикрикнул Адам. Я понимал, что без экзекуции обойтись нельзя, и послушно выполнил требования доктора.
Адам крепко обмотал меня, и я еще пару минут привыкал и пытался продохнуть. После чего он дал мне маковый раствор, однако это слабо подействовало. После чего Дима с Робом помогли мне добраться до комнаты, где когда-то пребывал Роб, после ранения.
Всю ночь я практически не спал, тело ныло от боли, лежать было неудобно, по сути, провел ночь в полудреме. Утром Роб помог мне спуститься в гостиную. Я особо есть не хотел, но чтоб скорей выздороветь, пришлось умять полноценный завтрак.
Так я провел под наблюдением Адама почти неделю, прежде чем он разрешил покинуть его дом. Роб рассчитался с ним, и мы вернулись к Томасу.
По приезде к Томасу я застал его в гостиной, сидящим за столом. Увидев меня, он поднялся с кресла, подойдя, оглядел меня и заговорил:
– Как самочувствие? – с легкой улыбкой произнес он.
– Да все нормально, я привык к такому. Надеюсь, твои гости остались довольны боем?
– Более чем. Ты молодец, так уделал этого здоровяка, – довольно произнёс Томас и оглянулся, смотря на стол. – Пройдем ко мне в кабинет. Может, хочешь чего перекусить, или просто кофе выпьем.
– От кофе я бы не отказался.
Томас подозвал служанку, попросил принести кофе в его кабинет, и мы прошли туда.
– Проходи, присаживайся, – бросил мне Томас, зайдя в кабинет.
Ранее я не был тут и был впечатлен. Справа стоял массивный стол из красного дерева, на котором стояли дорогие безделушки в виде статуэток и прочих принадлежностей для письма.
Напротив стола метрах в трех два кожаных кресла, между ними журнальный столик с резными ножками, он также выполнен из красного дерева.
Я сел в кресло, что стояло ближе к окну. Томас опустился в соседнее.
– Я бы хотел вернуться к нашему с тобой соглашению, – продолжил я.
– Да, конечно. Все уже улажено, Мэри отпустили буквально пару дней назад. У полиции, как оказалось, на нее попросту ничего нет.
