Автор
Весна тихоцвета и ярких бабочек встречает главного героя Ирландской розы — молодого юношу с шевелюрой медового оттенка, который шагает по королевскому алтарю. Сразу привлекая к себе внимание благодаря своему диковатому внешнему виду и грациозной устойчивости, главный герой оказывается на центре внимания придворных. А его атмосфера сливается со светом весны: щедро освещенная фонтанами и бьющимися в кристально чистых реках....
Я слышал ее крики, но не смог предотвратить несчастья. Это было бы равносильно самоубийству. Вам придется смириться…
Хью побледнел, и лицо его исказила гримаса бессильной ярости. Он хотел что-то сказать и уже открыл было рот, но старик помешал ему, строго предупреждая:
– Умерьте свой пыл, Хью О'Нейл. – Макдоннел встал и, меняя тему разговора, сказал: – Ваши люди утомлены. Мои тоже. Мы отдохнем пару дней, а затем тронемся в путь.
– Согласен, – бросил Хью, поднимаясь со своего стула. – Мне понадобится время, чтобы предупредить своих доверенных людей в стане Терлоу.
Мужчины скрепили соглашение рукопожатием и вышли из палатки.
Была пятница. Вопреки заведенному порядку, в то утро Кэтрин не пошла на кладбище. Она сказалась больной и днем оставалась в своей комнате, чтобы, отсутствуя за ужином, не вызвать подозрений. Согласно ее плану, Тим должен был, как обычно, ждать ее утром во дворе и громко спрашивать всех, тревожась, не больна ли его госпожа. Кэтрин даже сумела так все ловко организовать, что о ее недомогании Тима уведомил сам Терлоу.
Вспоминая об утренней сцене, Кэтрин чуть улыбнулась. Как же легко удалось обмануть Терлоу.
– Мне плохо, – пожаловалась она ему, – у меня кружится голова и тошнота подступает к горлу. Наверное, что-то с желудком… Передай, пожалуйста, Тиму, что сегодня я не пойду на кладбище.
– Ты хочешь, чтобы я стал посыльным? – возмутился Терлоу. – Чтобы я передавал твои послания этому слабоумному мальчишке?
– Но ты же все равно пойдешь в конюшню через двор.
«Ну что ж, – решил про себя Терлоу. – Таким образом я верну мальчику долг. Ведь благодаря ему поведение Кэтрин изменилось к лучшему – она стала уважительнее, смиреннее и покорнее. Если бы тогда на кладбище Тим не бросился защищать ее…»
– Быть по-твоему, – согласился Терлоу, выходя из комнаты своей пленницы.
Тени удлинялись, спускались сумерки.
