Догонят… Не обращала больше внимания и на навязчивого мужчину. Хотя нет, вру. Что-то меня все-таки зацепило в этом незнакомце. Что-то неуловимо знакомое, но?..
Мы дошли до нашего сектора, начали подниматься по лестнице, и в какой-то момент мой каблук попал на камушек, отчего я потеряла равновесие и начала падать. Ко мне одновременно протянулось несколько рук, но поймал меня этот самый Гондар, который, оказывается, шел вместе с нами.
– Цела? – Он встревоженно посмотрел мне в глаза, и в это мгновение пришло узнавание.
Да-а-а! Грим ему нанесли первоклассный, даже я не признала его сначала, хотя всегда считала себя очень наблюдательной. Вероятно, виновато мое рассеянное заторможенное состояние и погруженность в самоедство.
– Вы? – выдохнула, глядя в карие глаза.
– Я! – Глаза смеялись.
– Но?..
– На концерт, говорю, пришел. Так что, малышка, береги свои красивые ножки и больше не падай.
Мне бережно помогли вернуть равновесие, и я наткнулась на веселящиеся взгляды братца и Яна. Так это розыгрыш? Или его величество просто хотел остаться неузнанным во время посещения концерта «Диких»? И ведь не спросишь. Везде чужие уши…
Глава 24
Наконец пришло время, и воцарилась музыка. И снова, как обычно на концерте «Диких», зрители забыли про все на свете. Существовали лишь живой ритм барабанов, будоражащих кровь, лишь звон гитарных струн, звонкие ноты труб и голос Варга Гулакая, солиста. И спустя несколько минут я потерялась в них, выбросив из головы все проблемы, все свои беды, большие и малые, все заботы и печали.
Да и как думать о своих печалях, когда сердце сжимается от сопереживания несчастным влюбленным, про которых поет Варг? Как вспоминать о каких-то обыденных заботах, когда где-то там воет на луну одинокий волк? Даже Руби прониклась и с интересом прислушивалась к песням. А потом публика начала скандировать: «Стриж! Стриж! Стриж!», и зазвучали первые такты баллады, которую Варг когда-то написал для меня. Снова резанули по сердцу слова из некоторых куплетов, которые как никогда вписывались в мое сегодняшнее состояние. А весь стадион подпевал: «Дорога не для ветхих старцев. Не им судьбу мою решать. Послушен силе тонких пальцев мой мотолет – моя душа». А на последней строке стадион буквально взорвался ревом: «Ты только руль держи покрепче! Не упади! Не упади!!!»
В это мгновение луч прожектора, блуждающий по стадиону, остановился на нас, и на большом экране я увидела себя: ошарашенную, потерянную, с блестящими глазами. Грег тут же пихнул меня в бок, радостно скалясь во весь рот, и мне тоже не осталось ничего иного, как улыбнуться в камеру и помахать рукой. А на сцене Варг, заметив нас, весело поклонился и послал мне воздушный поцелуй.