О чём книга «Исай»
Он силен, но уязвим. Она слаба, но способна на глубокие чувства. Судьба разделила влюбленных, лишив их права на счастье. Против воли окружающих они встретятся вновь, чтобы доказать: их жизни принадлежат только им самим.

Автор
Он силен, но уязвим. Она слаба, но способна на глубокие чувства. Судьба разделила влюбленных, лишив их права на счастье. Против воли окружающих они встретятся вновь, чтобы доказать: их жизни принадлежат только им самим.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Исай» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Он силен, но уязвим. Она слаба, но способна на глубокие чувства. Судьба разделила влюбленных, лишив их права на счастье. Против воли окружающих они встретятся вновь, чтобы доказать: их жизни принадлежат только им самим.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Он силен, но уязвим. Она слаба, но способна на глубокие чувства. Судьба разделила влюбленных, лишив их права на счастье. Против воли окружающих они встретятся вновь, чтобы доказать: их жизни принадлежат только им самим.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Когда двери, за которыми осталась мать с охранником, распахнулись, мы с Феликсом уже прошли несколько метров в сторону выхода из этого жуткого здания.
Но я прекрасно видела злобные и колючие глаза матери, направленные на меня. Конвоир бесцеремонно подтолкнул ее в спину, понукая идти в нужном направлении.
– Думаешь, все у вас получится? – выкрикнула мать. – Я придумаю, как отобрать у вас дочь! Верка не будет с вами! У меня есть нужные связи!
Мать кричала, пока конвоир не заставил ее замолчать. Мне было искренне жаль эту женщину. И ее пустые угрозы не испугали меня. Я твердо знала, что мой Феликс не позволит им осуществиться.
Кажется, дорога до машины была двое короче. Мелкий дождик барабанил по стеклам, словно моя душа рыдала. Я прокручивала события вновь и вновь. Слова матери звенели в ушах тихим напоминанием. Жирной точкой.
– А папа? – тихо спросила я.
– Его перевели в лазарет. Условия там лучше. Но к нему мы не поедем, Белка, – твердо произнес Исай. – Да и не пропустят. Не хочу тебя расстраивать, но там ситуация такая же. Они в два голоса обвиняют во всем нас с тобой. Даже в том, что они сами много лет не платили налоги и штрафы.
Я не стала возражать и настаивать. Если мой Феликс не хочет этой встречи, значит, она мне не нужна.
Кто-то, возможно, скажет, что я бесхребетная, ведомая мужем, безропотная овца. Но я бы назвала это заботой в исполнении моего мужа и желанием защитить меня от проблем.
– Знаешь, я когда-то собирался сгонять с тобой на тачке в столицу. Показать тебе город, покатать на каруселях, – признался Феликс. – Рванем сейчас? Возьмем тачку у Мэта в гараже. Ты, я и дорога. Что скажешь?
Предложение показалось мне заманчивым. Пусть путь был и неблизким. Но нам, кажется, необходимо это время, одно на двоих.
Я согласно кивнула и прижалась к мужу. Буквально спряталась под его рукой, словно он мог оградить меня от всех невзгод и неприятностей.
– Ты точно не устанешь? Мы ведь только что с самолета, – спохватилась я.
– Глупости, Белочка, – подмигнул Феликс. – И потом, мы всегда сможем заночевать в мотеле. Буду домогаться твоего тела. Или прямо в машине. Тоже домогаться.
– Ты неисправим! – тихонько рассмеялась я, пряча нос в тонком свитере мужа.
– Я просто люблю свою жену, – совершенно серьезно пробормотал Исай, поглаживая мою спину своими широкими ладонями. – А за Веру не переживай. Штормов ее лично охраняет эти дни.
– Я не переживаю, – сказала я, ни капли не кривя душой. Я была уверена, что Верочке ничего не угрожает."
"Водитель увозил нас по мокрым улицам, дальше из города. Я смотрела, как струйки воды катятся по стеклам, оставляя мокрые дорожки. И мне казалось, что эти слезы принадлежат мне. Будто я оплакиваю этот день, когда стала сиротой при живых родителях.