Автор
Лера и Рина ждут своего ребенка, когда мальчик наконец-то придет в этот мир. В комнате царит теплая и напряженная тишина. Лера подает Рине ведерко для игры, но она решительно отказывается его отдавать. Отношения матери и ребенка начинают пересекаться во всем, что происходит вокруг....
Ты же все уже решил, да? И знаешь, что для Катарины лучше. Ты же “папа”.
Он вздрагивает, словно от пощечины.
– Я… – начинаю говорить, но Иса накрывает мой рот своей огромной ладонью.
– Заткнись, блть, – говорит холодно. – Еще слово, и я посажу тебя на цепь вместо собаки.
Я замолкаю, потому что посадит.
Дышу тяжело, рвано.
Между нами такое напряжение, воздух электризуется и коротит. Я хочу оттолкнуть его от себя, ударить! Но стою спокойно, словно завороженная. Выдыхаю ему в руку, во рту пересохло, и я неосознанно облизываю свои губы и языком провожу по его ладони.
Чувствую, как грудь тяжелеет, а соски становятся твердыми."
"Кожа покрывается мурашками, мне хочется сжать ноги вместе.
Исайя медленно наклоняется ко мне.
Глава 9
Лера
Я замерла и ждала…
Чего? Самой страшно признаться.
Исайя так близко, что дух захватывает.
И глаза не бездушные, нет. В них столько эмоций. Они такие глубокие, тягучие, затягивают.
Сжал за плечи со все силы, мне пришлось на носочки встать. Чувствую его дыхание на своем лице. Меня начинает бить мелкая дрожь. Я смотрела его сильную шею, на белую футболку, скулы, губы… Мне до одури хотелось прикоснуться к нему. Я гадала, какой его кожа будет на ощупь? А если провести по ней языком? Зарыться пальцами в волосы.
В моих мыслях жесткое порно. Дикий голод и нереальное влечение.
Я даже не знаю, чего хочу больше: чтобы он меня поцеловал или расцарапать ему лицо.
Боже, боже, боже…
Иманов моргает, и в глазах снова злость. Момент разрушен. Он буквально отталкивает меня вбок от себя, я едва не падаю. Сжимает кулаки, тяжело дышит. Я тоже с трудом вдыхаю в себя воздух. Держусь за стену и пытаюсь в себя прийти.
– Пошла вон отсюда, – рычит он.
Дважды повторять не надо.
Я открываю дверь и просто пулей бегу в детскую, закрываю дверь на ключ, словно это может помочь. Спиной к двери прислоняюсь, а ладони прикладываю к груди, где бешено стучит сердце.
Что это сейчас было? Наваждение какое-то, не иначе. Как еще объяснить эту странную реакцию? Я же его ненавижу! Как я могу его хотеть? Это просто стресс…
Я пыталась себя уговорить, что это просто стресс или что-то такое, но по влаге между ног я понимала, что влипла. Я не хочу его хотеть. Только не Исайю. Это насмешка судьбы.
Я отошла от двери и легла на кровать рядом с Риной. Я сделаю вид, что ничего не было.
