Автор
Лера и Рина ждут своего ребенка, когда мальчик наконец-то придет в этот мир. В комнате царит теплая и напряженная тишина. Лера подает Рине ведерко для игры, но она решительно отказывается его отдавать. Отношения матери и ребенка начинают пересекаться во всем, что происходит вокруг....
Разве можно просто брать и кого-то принуждать к сексу?
Мужчина сплевывает на пол у моих ног и хватает меня за руку.
– Пошла вперед. Только откроешь рот, и я тебя зарежу, – говорит он.
А я чувствую, как что-то острое касается моего бока. Это место начинает жечь, он порезал меня.
Ноги совершенно не слушаются, трясутся, они словно чужие. Я медленно их переставляю, чтобы не запнуться и не налететь на чертов нож.
Я ничего не вижу и не слышу перед собой. Меня волочат вниз по лестнице. Я босиком. Выходим на улицу.
Я резко отворачиваюсь и смотрю перед собой. Господи, я же только вчера с ним говорила… Кусаю губы, чтобы не разрыдаться. Меня продолжают грубо вести вперед. Подъезжают два огромных внедорожника. Меня бесцеремонно забрасывают в один из них, и машина срывается с места.
Я не смотрю по сторонам, не пытаюсь запомнить дорогу – это бесполезно.
Я забилась в самый дальний угол и сжалась в комок. Старалась стать невидимкой. Меня не трогали, чему я была рада. Не знаю, сколько мы ехали по трассе, но через какое-то время машина остановилась. Я закрыла глаза, чтобы взять себя в руки.
Я старалась не думать о плохом. Я представляла Катарину. Вспоминала ее улыбку, ее запах, ее смех. Мне бы очень хотелось увидеть, как она будет расти, какой станет девочкой, девушкой, женщиной. Мне бы хотелось быть рядом с ней на каждом этапе становления ее личности. Я так сильно ее люблю, надеюсь, что она будет чувствовать мою любовь, даже когда меня не станет.
Исайя.
Самый сложный из всех людей, которых я знала. Жестокий, жесткий, сильный, ломающий волю и такой… Родной.
Надеюсь, что я сделала верный выбор и мои близкие будут жить…
Я услышала какие-то выстрелы и замерла.
