В нем гордо вздымаются пресса после долгой тренировки в майке мужского покроя. Он улыбается, явял свою мощь, и сердце девушки срывается в ритме его белых зубов. Ей кажется, что зеленый лук видит этот жест — любимая ею зелень, которая вызывает у нее неприязнь с детства.
Похоже, «Исцели меня» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Да почему ко мне все приходят настолько бесшумно и без спроса?!
— Обязательно приеду, — вскакивая с кровати, уверенно бросает Даша и направляется к двери.
— И зачем ты ее пригласил?
— Интересно какой она выберет костюм, — улыбаясь, произносит Глеб, при этом пристально рассматривая меня с ног до головы. Сейчас его улыбка раздражает. Стойкое ощущение, что он насмехается над моим выбором одежды.
— Ясно. Не надо так на меня смотреть.
— Как?
— Я не знаю как. Вот так. У меня что дырка где-то на платье? Оно уродское? Дешевое? Или что?
— Нет.
— Ты о чем?
— О важном. Так, ладно, нам пора, дел еще много. Это все вещи? — обводит глазами чемодан.
— Да, оказалось, что брать особо нечего. Не знаю как так. Ноутбук еще в сумке, позади тебя. Ну и ручная кладь.
— Ну тогда поехали.
* * *Ехали мы не так уж и долго. Я хоть и знаю город, но то, что мы едем не в аэропорт, поняла только тогда, когда машина остановилась не на светофоре, а припарковалась у здания… ЗАГСа.
— В кресле нет смысла, я тебя так отнесу. Мы быстро распишемся. Нас уже ждут. Женщина не самой приятной наружности отказалась спуститься сюда, но пошла мне навстречу.
— Ты шутишь?!
— Нет.
— Но сегодня не седьмое сентября. Зачем сейчас? Ты же планировал по-другому.
— Планы иногда меняются. Я собирался доставить тебя в дом в качестве супруги. Так как едем раньше, роспись тоже сдвигается. Не вижу проблемы. Готовиться ни к чему не надо. Это же не свадьба.
— Но… как так? Давай позже. Куда спешить? — растерянно бросаю я, наблюдая за тем, как Глеб тянется ко мне."
"— Сегодня пятница. Знаешь сколько у них брачующихся? Поэтому надо спешить в ЗАГС, а потом в аэропорт. К тому же, я потратил целых десять минут на уговаривание злобной женщины. Плюс госпошлину оплатил.
— Очень смешно.
— Это хорошо, что смешно. Смех продлевает жизнь, — констатирует Глеб, подхватывая меня на руки.
Не могу сказать, что я в ступоре, но как правильно вести себя — не знаю. Я же понимала, что Бестужев не шутит с росписью, но представлялось мне все это не так. Хотя, я даже толком и не думала об этом. Я могла бы встать в позу, поругаться, съязвить и настоять на своем, но почему-то не сделала этого.
