Автор
В душных комнатах тускло светится холодным светом фонарь. Его хозяин — высокий мужчина с убранной в грубые джинсы килт и неряшевой рубахой, дышащий жирными мускулами пресса. В этот момент его белозубая улыбка вызывает страстное волнение у Кристины — пока она не замечает в зубах лук — зеленый лук, который ей всегда неприятен....
Похоже, «Исцели меня (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Первое мне уже кажется чем-то несбыточным. Второе было всегда, пока не появился ты. Это после твоего приезда он не пришел. После тебя! Ты сказал ему что-то. Ты или папа.
— Я не говорил с твоим братом, — спокойно произносит Глеб. — И твой отец тоже.
— Он мне не брат!
— Да мне плевать кто он."
"— Заметно. Я слышала ваш разговор с папой в кабинете, где ты сказал, что его не должно быть в моей жизни. Дословно я не помню, но смысл был такой. Не принимай меня за дуру. И какое совпадение — после твоего приезда Сережа ко мне не пришел!
— Еще раз — я не говорил с твоим братом.
— Встречный вопрос, а сколько тебе нужно времени, чтобы ты от меня отстал?!
— Ты сравниваешь разные вещи. Ты себя разрушаешь, а я своим желанием тебе помочь и получить тебя в законные супруги — нет. В этом наша принципиальная разница. Моя настойчивость имеет смысл. Твоя глупость в отношении брата — нет. Ну что, ты надумала воспользоваться осколком? Если да — то оберни его в салфетку, чтобы не пораниться, а потом всади мне в руку.
— Ты псих.
— Ты даже не представляешь насколько. Ну что?
В действительности я бы всадила ему не только осколок в руку, но и что-то еще более весомое. Только остатки здравого разума все же остались в моей голове. Именно поэтому я отложила осколок на прикроватную тумбу.
— Ты всегда так красишься и наряжаешься по пятницам? — вдруг интересуется Глеб.
— А тебе какое дело?
— Мне не нравится, — как ни в чем не бывало бросает Бестужев и тянется к прикроватной тумбе.
— Ах да, ты же и в косметике знаток.
В следующий момент поддевать этого мужчину мне больше не хотелось, просто потому что он крепко обхватил мое лицо одной ладонью, второй же с усилием начал стирать помаду с моих губ с помощью влажной салфетки.
— Ты совсем больной?! — невнятно кричу я, впиваясь ногтями в его руку, но Бестужев совершенно никак на это не реагирует, продолжая стирать помаду.
— Отвратительная помада. Мужчины вообще не любят этот элемент косметики.
