В кабинете царила нестерпимая духота. Открытые окна, словно попытка охладить помещение, лишь усугубляли ситуацию, нагревая воздух до жары накала свечи. Женщина-кадровик с прической "халой" и чрезмерно修身的衣裳，将皮肤上的每一个褶皱都暴露无遗，宛如从食堂来的精巧小甜点。
Саша только покашлял немного, даже антибиотики пить не стал, все прошло само. Тогда-то он решил, что дар ему дан для того, чтобы спасать людей, а не держать его в себе.
Рита молчала. Ее отец умер слишком молодым, но однажды в старых газетах она нашла большую статью, посвященную ему. Его называли «молодым талантом, лучшим кардиологом больницы» и прочили большое будущее в медицине. Теперь она наконец поняла, каким именно талантом он обладал. И каким обладает она сама. Наверное, ей тоже не составит труда стать лучшим неврологом больницы.
— После его смерти я поклялась, что ты не узнаешь о своем даре, — закончила бабушка.
— Поэтому ты никогда не говорила со мной о том, что произошло тогда в машине? — догадалась Рита. Ей так часто хотелось обсудить это с бабушкой, понять, что и как она сделала, но та всегда уходила от ответа, переводила разговор на другую тему. Со временем она и сама перестала заговаривать об этом. До тех самых пор, пока таким же образом не спасла попавшего в аварию молодого парня.
— Я не хотела, чтобы ты проявляла к этому интерес. У тебя и так дар самый сильный, никто в нашей семье не умел возвращать к жизни умерших.
— А мой отец… — Рита запнулась, не решаясь спросить то, что хотела. Слишком страшно было услышать ответ. — Он умер тогда же, во время аварии?
Бабушка несколько долгих секунд смотрела на нее, и по ее взгляду Рита уже все поняла.
— Во время аварии погибла только твоя мама, — наконец сказала она. — Ну и я.
— То есть… — Рита снова боялась сформулировать вопрос. — Ты могла его спасти?
Вера Никифоровна отвела от нее взгляд и ничего не ответила.
— Он же был твоим сыном."
"— Я в первую очередь думала о тебе. Он не слушал меня и из-за этого едва не погубил всю свою семью. Я не хотела, чтобы в случае моей неудачи ты росла в детдоме.
— От одного раза ничего бы не случилось.
— Где один, там и второй. Всегда найдется тот, кому очень нужна будет помощь.
— Значит, лучше бы я умерла от пневмонии в роддоме? Хотя, о чем это я? Конечно, ты считаешь, что лучше. Ведь ты не спасла ни дедушку, ни папу.
Бабушка поджала губы.
— Мы не имеем права вмешиваться в законы мироздания, Рита. Кому суждено умереть, тот должен умереть. И ни ты, ни я, ни твой отец не можем менять законы, которые придумали не мы, как бы сильно нам этого ни хотелось.
