Тот, кого называли Зычик, начал поворачиваться и получил мощный удар в висок. Он даже охнуть не успел, как беззвучно рухнул на берег и закатил глаза. Звонников тут же выпрыгнул из лодки и уже мчался к Стасу. Собаки залаяли с новой силой, охранник перевел пистолет на Звонникова и выкрикнул:
С места сорвалась не одна собака, как рассчитывал охранник, а вся свора. Звонников подождал, пока они подбегут поближе, и со словами «Пли!» – выпустил струю убийственного состава. Первый пес, получивший в глаза порцию перца, завыл и волчком закрутился на месте. За ним последовали еще два пса. Остальные отбежали в сторону, ожидая новой команды.
– Какого хрена ты делаешь? – охранник задал вопрос таким тоном, будто и правда ждал на него ответа.
– Профилактическая прививка, – невозмутимо сообщил Звонников и, не дожидаясь, пока тот придет в себя от неожиданности, запустил струю ему в лицо.
Крик, который издал охранник, поднял всех птиц в окрестностях. А псы, так и не дождавшись команды, но повинуясь инстинктам, бросились на Звонникова. Он снова направил баллон перед собой, поливая без разбору. Собаки завыли, заплясали и теперь были совершенно безопасны. Звонников оглянулся, чтобы увидеть, как обстоят дела у Гурова. Тот катался по берегу, сцепившись с единственным охранником, который все еще оставался в строю.
– Отпусти его, Гуров, – громко произнес Андрей, подошел к ним вплотную и приготовил баллон. – Не пачкай костюм, доверь дело профессионалу.
Гуров поднырнул под руку противника и легко сбросил его с себя. Звонников тут же нажал клапан, перечная жидкость залила лицо охранника, и спустя несколько минут все было кончено.
– Вы в порядке, товарищ полковник? – помогая Гурову подняться, спросил он.
– Вот стервец! – с видимым удовольствием произнес вслух Гуров.
– На том стоим. – Рот Звонникова растянулся в довольной улыбке.
– Эй, там, на берегу! Вы мне помочь не желаете? – донесся до них хриплый окрик Стаса.
Гуров сорвался с места и помчался к другу. Стянув с его плеча тело парня, уложил его на землю, выпрямился и сграбастал Крячко в объятия.
– Вот еще, телячьи нежности, – грубовато проворчал Стас, но на объятия ответил.
Он не меньше Гурова был рад встрече. Рад тому, что все закончилось. Собаки разбежались кто куда, охранники продолжали кататься по берегу, оглашая окрестности криками боли и ярости, а Гуров и Крячко стояли над телом Гены и обнимались. Звонников какое-то время любовался картиной, затем вытащил из лодки тросы и пошел вязать охранников. Влад наблюдал за происходящим с противоположного берега, но когда до него дошло, что переправлять его обратно никто не торопится, с содроганием нырнул в холодную воду.