Марина объявляет о поиске временного жениха для своих нужд, искалеченные фразы подчеркивают загадочность и непонятную суть предложения. Встреча в мире, где интим не просто приветствуется, но и является условием роли — идеальный повод погрузиться в глубины этого таинственного досье....
Лучше бы, на хрен, не слушал и не знал. Мы по-любому разошлись бы, всё к этому шло. Но тот день стал роковым. В общем, её доктор переживала, что Жанна не пришла на плановое УЗИ. Ведь это очень важно после аборта…
Сглатываю, прикрывая глаза и откидываясь на спинку кресла. Дышу. И вроде всё давно переварил, и, кроме пустоты к Жанне, ничего не осталось. Но всё равно грудь сжимает, и дыхание спирает. Тошно мне от этого всего.
Марина молчит, кажется, даже не дышит. Не думал, что вообще буду так подробно с кем-то этим делиться.
— В общем, я разбудил её, растряс, привел в чувства пощечиной. Разнес полгостиной. Оскорблял её. Вытряс правду. Она избавилась от моего ребенка. А до этого глотала противозачаточные. Детей никогда не хотела и в общем испытывает к ним отвращение. А хочет она, мать ее, сама не знает чего. Эгоистично гулять, бухать, видимо, всю жизнь. Нет, Жанна что-то там вопила, пытаясь впихнуть мне свою версию. Я не слушал, не помню, что она несла.
Марина всхлипывает, закрывая лицо руками.
Ну вот, расстроил девочку.
На хрен ей надо было все это дерьмо выслушивать?
Идиот.
— А потом встретил прекрасную, но немного сумасбродную соседку. И жизнь заиграла яркими красками, — усмехаюсь я.
Марина не реагирует, пряча от меня лицо в ладонях.
Выдыхаю. Поднимаюсь с места, сажусь к ней на диван. Обнимаю, зарываясь лицом в шелковые волосы, глубоко втягивая в себя ее сладкий аромат.
— Ну прекрати. Это просто жизнь такая. Ничего страшного. Все живы, здоровы. Иди побей мне посуду. Я заслужил. Не сказал, что на бумагах женат.
— Так! — отталкивает она меня от себя. Быстро моргает, пытаясь согнать слёзы. — А почему вы не развелись в итоге? Делите имущество?
— Да бог с тобой.
