Теснимый моим жеребцом, более легкий конь второго противника оступился на склизком берегу и вместе со всадником рухнул в воду.
Моя часть работы была окончена. Остановившись возле моста, я с интересом наблюдал, как люди Шамберга принуждают бросить оружие императорских кнехтов.
Быстро сообразив, что перед ними не разбойники, латники недолго упорствовали в обороне, резонно сочтя более благоразумной почетную капитуляцию. Желание бесплатно и бесславно проливать свою кровь неизвестно за что было напрочь им чуждо. К счастью для них, надо признать.
– Лис вызывает Капитана, – послышался у меня в мозгу голос моего напарника. – Как там у тебя дела?
– Спасибо, ничего. Вот продолжаю расправляться с гарнизоном Ройхенбаха.
– Да? Ну и как успехи?
– Десять пленных. Один раненый. Фон Меренштайн уплыл в неизвестном направлении…
– Капитан, а зачем тебе это было нужно? Ты что, решил устроить небольшую войну?
– Помилуй боже! Не было печали! Но здесь случай особый. Они таки захватили маркизу.
– Да? А как же Бренд, Рон?
– Здесь их не было. Боюсь, что плохи дела.
– Я с ней еще не разговаривал. Она с Малышом Меркадье поехала вперед.
– А! Я забыл тебе сказать. Мы тут познакомились с местными парнями. Чудные ребята. Если бы я их ночью не тормознул, они бы, наверное, уже штурмовали императорскую резиденцию.
– Тоже мне декабристы!..
– Ну, как бы там ни было, у нас теперь есть в тылу неплохой замок, человек сорок вполне боеспособных бойцов и один из лучших размахаев здешних мест.
– Не да ну, а ну да! Ты бы видел, как он меня заставил тут вчера попотеть.
– Что ж, крутой мужик! Уважаю.
– Это правильно. А у тебя что?
– Все путем, Капитан. Этот Лоншан – мировой мужик. Мы тут с ним посидели, как полагается. Выпили за здоровье Папы Римского. Я ему песенок попел. Он меня и спрашивает:
«Куда ты путь держишь?» А я эдак и отвечаю, мол, Германия онастобрыдла, поеду в Англию, послушаю, что там поют.
– Он? Он предложил съездить на недельку в Эльзас, а оттуда на корабле вместе с ним махнуть в Британию. Кормежка, выпивка, ночлег за счет фирмы и шесть динариев в день на карманные расходы. А! Каково?
– Умопомрачительно, Лис. Твои гастроли пройдут с аншлагом. Ну а по делу?
– Пока ничего. Этот Барентон ничем себя не выдает. Учтив, обходителен. Разыгрывает из себя любящего родственника.
– Тогда я тебе о нем сообщу пару пикантных подробностей. Во время пребывания в Святой Земле Барентон, а скорее всего его в действительности кличут Джорджем Талботом, состоял в свите Ричарда.
