Автор
В Исходе каждое новое открытие приносит больше вопросов, влага сгущается на лицах героев, каждый шаг становится последним. Здесь и сейчас — мир мистики и тайн, где реальность резко меняется под гипнотический взгляд каждого персонажа.
"
"― Значит, она сбежала, потому что не хотела давать показания против тебя, но и не хотела, чтобы ее передали Дювалям?
― Да.
― Ха, я знал, что на то была веская причина, ― говорит Винни.
― Откуда ты знал? С самого начала ты настаивал на том, что в этой истории есть нечто большее, чем то, что мы думали.
― Эта женщина любит тебя, Грей. Это так же ясно, как то, что трава зеленая. Она не ушла бы просто так, без веской, мать ее, причины. ― Он вздыхает, и что-то трепещет у меня в груди. Что-то одновременно знакомое и чуждое.
Она любит меня?
Я задавался этим вопросом… Я был так чертовски зол, потому что, как бы сильно я ни хотел ее ненавидеть, любовь к ней всегда перевешивала.
― И она рассказала о тебе Грейси. Женщины так не поступают, когда хотят оградить ребенка от отца, ― говорит Винни.
Я захожу в душ и наклоняю голову, наблюдая за тем, как вода становится красной и стекает в слив.
― Это еще не конец, Грей. Дюваль так просто не сдастся, ― повторяет мой брат то, о чем я уже сам подумал.
― Я знаю.
Глава двадцать шестая
Матрас прогибается, и мои ресницы распахиваются, встречаясь с темно-зелеными глазами Грея.
― Прости… Я задремала.
― Все в порядке, ― говорит он.
Я поднимаюсь с кровати, готовая вернуться в комнату, которую делю с Грейси, когда Грейсон откидывает одеяло. Его взгляд блуждает по моему телу. Возможно, за время его отсутствия я успела стянуть одну из его футболок «Ванкуверских рыцарей».
― Даже не думай покидать эту комнату, Кэтрин.
― Я должна пойти проверить Грейси. ― Я дергаю за подол футболки, пытаясь прикрыть ноги. Почему-то рядом с этим мужчиной я всегда чувствую себя голой, независимо от того, сколько на мне одежды.
― Я заходил к ней. Она в порядке. Ложись в кровать, Кэтрин. Уже поздно, ― говорит Грей.
Я подхожу к кровати и забираюсь на нее. Он ложится рядом со мной и накрывает нас обоих одеялом. Затем он тянется к цепочке прикроватной лампы, и комната погружается в темноту.
― Прости, ― говорит он.
― Почему ты извиняешься?
― По многим причинам. ― Грей вздыхает. ― Прости за то, как я обращался с тобой последние несколько недель. Ты не заслужила этого.
― Я…
― Я еще не закончил. ― Он проводит пальцем по моим губам.
