Автор
В Исходе каждое новое открытие приносит больше вопросов, влага сгущается на лицах героев, каждый шаг становится последним. Здесь и сейчас — мир мистики и тайн, где реальность резко меняется под гипнотический взгляд каждого персонажа.
― Я позвоню тебе вечером, ― говорю я ему, прежде чем направиться к двери.
― Я люблю тебя, ― говорит он.
Я борюсь со слезами. Я не могу сейчас расплакаться перед ним. Он поймет, что что-то не так.
― Я знаю. Я тоже люблю тебя, больше всего на свете. Не забывай об этом. Обещай, ― напоминаю я ему.
― Я никогда не забуду, Кэтрин.
Я разворачиваюсь и выхожу за дверь. Только пройдя через ворота и выйдя на улицу, я наконец даю волю слезам. Затем я наклоняюсь в чьем-то идеально ухоженном саду, и меня тошнит, мой желудок противится тому, что я сделала.
Я достаю телефон и звоню единственному человеку, который может мне помочь. Кто сделает это без вопросов.
― Привет, уже соскучилась?
― Лилиана, ты мне очень нужна. Твоя помощь. Я еду в Нью-Йорк, но ты никому не должна говорить. А если кто-то спросит ― ты ничего не знаешь, ― говорю я на одном дыхании.
― Хорошо, пришли мне данные о своем рейсе. Я встречу тебя в аэропорту, ― отвечает она, а затем добавляет: ― Кэтрин, что бы ни случилось, мы все исправим, хорошо? Я помогу тебе.
― Спасибо. Скоро увидимся. Я завершаю звонок, пока не сломалась окончательно.
Все во мне требует вернуться в тот дом и сказать Грею, что я совершила ужасную ошибку. Но я не могу этого сделать.
Такси останавливается передо мной, и я сажусь в него. Я отправляю Лилиане сообщение с информацией о своем рейсе, а затем вынимаю сим-карту из телефона и выбрасываю ее в окно машины.
Вот и все. Назад дороги нет. Потому что я люблю его слишком сильно, чтобы вернуться.
Глава пятая
― Черт! ― Я швыряю телефон в стену своей спальни. Сейчас чуть больше полуночи. Я звонил Кэтрин последние три часа. Она сказала, что позвонит. Она всегда звонит.
Что-то не так. Я чувствую это нутром. Я знал, что не должен был позволять ей уходить одной. Не знаю, о чем я думал. Она выглядела неважно. Я думал, она просто расстроилась из-за бабушки. Но теперь я в этом не уверен.
Дверь моей спальни распахивается.
― Какого хрена ты крушишь стены? спрашивает меня Винни.
― Не лезь не в свое дело, ― говорю я ему.
Мой брат оглядывает комнату, прежде чем его взгляд снова падает на меня.
― Где Кэтрин?
― Она уехала домой к матери.
― Вы поссорились?
― Нет. Ее маме нужна была помощь.
― Тогда почему ты выглядишь так, будто кто-то нассал тебе в кашу?
― Отвали, Винни, ― кричу я на него, а потом нагибаюсь, чтобы поднять телефон и проверить его.
Экран треснул, но он все еще работает. Поэтому я снова набираю ее номер. И снова попадаю на голосовую почту.
