Автор
В Исходе каждое новое открытие приносит больше вопросов, влага сгущается на лицах героев, каждый шаг становится последним. Здесь и сейчас — мир мистики и тайн, где реальность резко меняется под гипнотический взгляд каждого персонажа.
Кстати, о маленьких девочках…
Мои мысли возвращаются к фото на той газетной вырезке, которая до сих пор хранится у меня в телефоне. Та, где изображены маленькая девочка и ее мать. Я смотрел на нее неделями, пытаясь понять, что, черт возьми, с этим делать. Если я хочу что-то с этим делать…
Я понятия не имею.
― Я иду танцевать, ― объявляет Алия, поднимаясь со своего места. Она что-то шепчет Кингу, и на его лице появляется выражение, из-за которого мне хочется ударить его кулаком.
― Ты же знаешь, что ты ей быстро наскучишь, верно? ― говорю я парню, как только сестра отходит.
― Это невозможно. В отличие от некоторых из нас, я не чертовски нудный. ― Засранец улыбается мне.
― Ну, черт возьми, он тебя раскусил, Грей. ― Маттео Валентино хмыкает. Этому ублюдку нравится думать, что он забавный. Полагаю, это связано с тем, что он не первый в очереди на трон.
― Отвали, Маттео. ― Я достаю из кармана телефон, открываю фото газетной вырезки и протягиваю его через стол Кингу.
― Кто это? ― спрашиваю я, указывая на маленькую девочку на фотографии.
― Ребенок из той молодежной лиги, в которой твоя сестра заставила меня провести тренировку, ― говорит он.
― Как ее зовут?
― Зачем тебе? Что тебе от нее нужно? Она всего лишь гребаный ребенок, Грейсон, ― огрызается Кинг.
― Как ее зовут? ― на этот раз я спрашиваю чуть более настойчиво.
― Не помню. Грейси или что-то в этом роде. ― Он пожимает плечами.
― Грейси. ― Ее имя слетает с моего языка. Грейси, повторяю я про себя. Снова и снова. Вернувшись к экрану, я показываю на женщину на фотографии. ― А это ее мать? Женщина за ее спиной?
― Да.
― Черт! ― шиплю я, едва не переворачивая стол, когда встаю, и протискиваюсь через переполненный бар, а затем выхожу через заднюю дверь в переулок. Там мой кулак врезается в ближайшую кирпичную стену. ― Черт! Черт! Да пошла она!
― Вау.
― Отвали, Люк, ― рычу я и пихаю его в ответ.
― И не подумаю, чувак. Кто эта цыпочка? ― Он дергает подбородком в сторону телефона, все еще зажатого в моей руке.
Люк был моим лучшим другом с того самого дня, когда нас обоих пригласили играть в команде прямо из колледжа. Я рассказывал ему обо всем. Кроме этого. Кроме нее. Я даже не произносил ее имя вслух.
