Автор
В Исходе каждое новое открытие приносит больше вопросов, влага сгущается на лицах героев, каждый шаг становится последним. Здесь и сейчас — мир мистики и тайн, где реальность резко меняется под гипнотический взгляд каждого персонажа.
― Голос моего отца разносится по раздевалке.
Я поднимаю взгляд от своего телефона. А потом оглядываю себя. Я еще даже не переоделся.
― Конечно, дай мне минутку, ― говорю я ему.
Папа кивает головой и выходит. Люк и Кинг смотрят на меня.
― Что? ― рявкаю я на них.
― Ты ждешь приглашения, кэп? ― спрашивает Люк, приподняв бровь.
Я оглядываю раздевалку. Остальные ребята находятся на разных стадиях переодевания. Тем временем я пришел со льда, взял телефон и следил за Кэтрин и Грейси, как гребаный сталкер, которым я и являюсь.
― А что? Ты приглашаешь?
― В твоих мечтах. ― Люк смеется, проводя рукой по своему торсу.
Я морщусь, бросаю телефон на скамейку и наклоняюсь, чтобы развязать коньки.
― Ты в порядке? ― спрашивает Кинг.
― А что? ― Возможно, я должен взаимодействовать с ним на льду, но сейчас мы не на площадке.
― Алия беспокоится о тебе, ― говорит он.
Я бросаю на него взгляд. Услышав из его рта имя моей сестры, мне снова хочется впечатать кулак в его череп.
― Моя сестра тебя не касается, ― говорю я ему.
― Боже мой, Грей, повзрослей уже. ― Заговорите о дьяволе, и он явится. Каблуки Алии стучат по кафельному полу, пока она идет через раздевалку к тому месту, где мы сидим.
― Прикройтесь, мать вашу, ― рычу я на своих товарищей по команде.
Кинг подходит к моей сестре и встает перед ней, закрывая ей вид на раздевалку.
Она садится рядом со мной, не заботясь о том, что находится в раздевалке, полной полуголых игроков НХЛ.
― Нам нужно поговорить, ― произносит она.
― О чем? ― спрашиваю я, переводя взгляд на шнурки.
― О тебе, ― говорит она. ― Ты отвлекаешься. Что происходит? Это из-за Кэтрин? Ты ее уже нашел?
― Алия, это не то, о чем тебе стоит беспокоиться, ― говорю я ей, наконец-то сняв один конек и приступая к другому.
― Я беспокоюсь о тебе, нравится тебе это или нет. Так что говори. Чем я могу помочь? ― спрашивает она.
― Ты можешь помочь, устроив меня тренером в эту юниорскую лигу.
― Она ведь твоя, не так ли? Та маленькая девочка? ― Алия качает головой. ― Я должна была понять. Я должна была заметить.
― Откуда ты могла знать? ― спрашиваю я. ― Похоже, это у меня уже почти шесть лет есть гребаный ребенок, а я даже не подозревал об этом.
