Автор
В Исходе каждое новое открытие приносит больше вопросов, влага сгущается на лицах героев, каждый шаг становится последним. Здесь и сейчас — мир мистики и тайн, где реальность резко меняется под гипнотический взгляд каждого персонажа.
Сможет ли Грей когда-нибудь простить меня, если даже я сама не могу себя простить?
Глава двадцать пятая
― Ладно, думаю, тебе уже давно пора спать, милая, а дяде Люку нужно на вечеринку, ― говорю я Грейси, прежде чем поднять ее с барной стойки.
― Я люблю вечеринки, ― говорит она с надеждой в глазах. Клянусь, ее глаза искрятся просто от упоминания о команде.
― Не сомневаюсь, что любишь, и когда у тебя будет день рождения, мы устроим действительно большую вечеринку.
― А можно устроить вечеринку в Замке?
― Ее можно устроить где угодно.
― Пока, дядя Люк! ― мурлычет она.
― Пока, малышка Грейси. Увидимся позже. ― Люк выходит за нами из игровой комнаты. Он идет к входной двери, а я поднимаюсь наверх.
Я съел торт и отправил Люка отсюда так быстро, как только смог, не показавшись грубым. После того как я увидел, как Кэтрин ускользнула, мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы не пойти за ней. Но я не хотел разочаровывать свою дочь.
Я нахожу Кэтрин в комнате Грейси.
Я подхожу к шкафу и нахожу для Грейси пижаму.
― Вот, детка, иди готовься ко сну. И не забудь почистить зубы после шоколада, ― говорю я, открывая дверь в ванную.
Грейси захлопывает ее за собой, потому что, по ее словам, девочкам нужно уединение. Кэтрин сказала мне, что она учила нашу дочь тому, что ее тело ― это ее личное пространство. Мне бы и в голову не пришло учить этому пятилетнего ребенка.
― Эй, ты пропустила очень вкусный торт, ― говорю я ей.
― Я слежу за своим весом. ― Она пожимает плечами.
― Зачем тебе этим заниматься? У тебя потрясающее тело. Тебе не нужно следить за ним. А еще лучше, если я буду следить за ним вместо тебя, поскольку, похоже, я ценю этот вид гораздо больше, чем ты. ― Я сажусь рядом с Кэтрин на кровать.
― Это потому, что ты извращенец. ― Она ухмыляется, глядя на меня, и несколько свободных прядей светлых волос падают ей на глаза.
― Только когда дело касается тебя. ― Я наклоняюсь, и мои ладони обнимают ее лицо. ― Сейчас мы уложим Грейси спать, а потом я отведу тебя в свою кровать.
― Я должна остаться с ней.
― Кэтрин… ― Я жду, пока она снова посмотрит на меня. ― Я не спрашивал.
Она закатывает свои голубые глаза, и дверь в ванную открывается.
Грейси быстро засыпает, ее рот приоткрыт, и комната наполняется звуками ее негромкого посапывания. Она не продержалась и одной истории.
