Автор
Ночь на острове затянута тишиной, словно зачарованное место где-то между сном и реальностью. Лес молчит, только ветер шепчет отдалённые истории о забытых временах. Полная луна выходит из-за облаков, освещая мрачный пейзаж — чернильную дымку и кроны деревьев на фоне ночного неба....
Поймав движение одного из них, он стрелял в него дважды – в голову, заставляя уклоняться и прыгать, и в то место, куда д о л ж е н был отпрыгнуть противник. Одному бородачу он таким образом прострелил шею, второму попал в плечо. Оба тут же выбыли из схватки, перестав ловить Громова остриями своих волшебных трезубцев.
Оставшийся невредимым снизил активность, начал медлить, оглядываться, а когда в зале с бассейном появились Илья с Георгием, он и вовсе увял и бросился наутек, скрылся в дыре коридора, ведущего на верхние этажи храма.
– Слава богу, ты жив! – с облегчением расслабился избитый Антон. – Нашел Владиславу?
– Мы идем за ней, – сказал Пашин, оглядываясь на спутника. – Георгий знает, где она.
– А камень вы зачем с собой взяли?
– Его надо сжечь окончательно, однако сделать это можно только вне стен храма.
– Если нас выпустят.
– Попробуем прорваться, терять нам нечего.
– Надо бы еще освободить девочек…
– Я их уже выпустил.
– Девушку капитана видел?
– Да, она вместе со всеми, жива, здорова.
– Слава богу! Тогда вперед и с песней… – Антон не договорил.
В зале объявились сразу три новых действующих лица: Всеволод Марьевич Калошин – Черный Вей, Хрис и верховная жрица храма Евангелина, успевшая оправиться от ран и одетая на этот раз в джинсовый костюм. В руке она держала красивую трость.
Несколько мгновений члены двух групп глядели друг на друга, оценивая силы и возможности. Потом Георгий снял с плеча Лик Беса, положил на пол и наступил на плиту ногой.
Черный Вей – Калошин – улыбнулся, сделал шаг вперед.
– Кажется, мы уже встречались, господин Кудеяров, не правда ли?
– В прошлой жизни, – коротко ответил Георгий.
– Нет-нет, и в этой тоже. Это не вы случайно возглавляете так называемую Школу возрождения русского искусства в Химках? Я вас как-то видел на приеме у президента.
– Вы не ошиблись, – тем же ровным голосом ответил Георгий.
– Очень приятно, – снова улыбнулся Калошин. – Уходите, вас мы не тронем. Пока. А вот с этими двумя поговорим по душам.
– Твоя душа давно принадлежит дьяволу! – не выдержал Антон.
Брови Всеволода Марьевича сдвинулись, но на реплику Громова он отвечать не стал.
– Или вы предпочтете благородно отдать жизнь за друзей? Но какие они вам друзья? Что они могут? Стрелять, драться? Да таких, как они, можно набрать легион! К тому же, насколько я знаю, в вашу задачу вовсе не входит разработка и осуществление боевых операций. Вы же воспитатель, или, как у вас говорят, р е ч е н н и к.
