Автор
В глубокой ночи ты провалился в черную бездну времени, где паника захлестывает тебя, как никогда прежде. Окутанный густым мраком и непостижимым полумраком, мир вокруг кажется бесконечным и монолитным. С каждым мигом ты осознаешь, что здесь нет выхода, лишь один путь: искать свет в этой вечной тьме....
Вот даже это чертово кровотечение — рана пока и не думает заживать, кровь течёт, а вместе с ними из хрупкой девушки уходит и жизнь.
Проклятье, хорошо, что я додумался не проверять на себе работу местной регенерации, вот бы был сюрприз.
Я беспомощно огляделся по сторонам. У меня не было ни лекарств, ни зелий, если, конечно, они существовали в этом мире, да и исцеляющих заклинаний я никаких не знал. Думай, голова, думай, что рассказывали на этих курсах первой помощи. Да и перевязки тренеровочные я делал, даже где-то фотка на телефоне была, где я больше похож на мумию в бинтах, а не на живого человека.
Когда я шагнул к ней, желая помочь, девушка оскалилась ещё сильнее, а из её горла вырвался то ли хрип, то ли предупреждающий. Она попыталась отползти от меня, но оперлась на раненую руку, заскулила от боли и без сил повалилась на землю.
— Полегче, — мягко сказал я, протягивая руку в универсальном жесте дружбы. — Я вовсе не собираюсь причинять тебе боль. Я хочу помочь.
— Помочь? — произнесла крошечная девушка робким голосом с сильным акцентом и слегка расслабилась.
— Да, именно помочь, — я достал небольшой бурдюк, что смог сделать для переноски воды, и протянул его незнакомке. — Вот, это вода. Попей.
Острые уши гоблина дрогнули.
— Ватуур.
Я радостно закивал, ласково улыбаясь:
— Вот, возьми.
Налил немного воды себе на ладонь, я её выпил, показывая, что она чистая, и протянул бурдюк с водой девушке. Она взяла его и бегло осмотрела, затем выронила из ослабевших рук и подняла на меня умоляющие глаза с каре-красными зрачками.
— Ватуур.
Гоблин сделала слабый жест, который мог бы сойти за плавание рыбы.
— Тебе нужна проточная вода? — спросил я. — Ручей?
— Ватуур, — почти прошептала она, опуская веки.
— Позволь мне отнести тебя к воде, — сказал я, снова сделав шаг вперёд.
Я осторожно взял гоблина на руки, помня о её ранах. Девушка не сопротивлялась, её тело обмякло и казалось очень лёгким. К моему удивлению, её кожа, хоть и покрытая кровью и грязью, была гладкой и мягкой, а на ощупь слегка маслянистой, как будто она только что нанесла лосьон. Это было странно, но совсем не отталкивающе.
