Встреча с Лили в белом платье на фоне усыпавшегося сада вызывает неодолимое желание узнать больше. Маскала снега и легкая кружевная шаль делают её почти незаметной в тишине. Этот первый вздох в серию приглашает читателей насладиться мистической атмосферой и загадочными эмоциями, которые ожидают дальше в книге "Искатель – 10"....
То ли авторитет заработал, то ли просто достал всех своими идеями, и они уже махнули на меня рукой.
Лилия кашлянула, привлекая внимание.
— Я знаю гномов. Отдайте им записи, когда скопируете, но скажите, что не покажете место находки, пока не зачистите подземелье. Правила добычи распространяются даже на древние дома предков, и если не будете слишком тянуть, они дадут вам несколько лет хотя бы из благодарности за ваш подарок.
— Если он так сделает, они проявят благодарность тем, что не начнут войну из-за подобной утайки, а не тем, что осыплют подарками, — едко заметила Лейланна.
Кошкодевушка ухмыльнулась:
— Тогда, полагаю, вопрос в том, что мы хотим получить от древних гномьих руин больше, сокровища или благодарность от кучки жадных гномов.
Я потёр подбородок:
— План Лилии мне нравится больше всего. И волки сыты, и овцы целы, как говорится. Ну, или почти. Обе стороны получают, что хотят, и знают, что с ними поступили по-честному.
— Если предположить, что гномы не такие уж ублюдки, какими их иногда малюют, — пробормотала Лейланна себе под нос.
Лилия ободряюще похлопала меня по спине.
— Сначала обратитесь к гномьему отряду из Гильдии Истребителей. Я вас представлю и поговорю от вашего имени.
— Это поможет? — с сомнением протянул Дректар, скрестив руки на мощной груди. — Ты же говорила, что ты там не более чем новичок, верно? Какое у тебя влияние в вашей гильдии наёмников?
Лилия как-то неопределённо пожала плечами, и мне показалось, что она немного уклоняется от прямого ответа.
— Скажем так, есть у меня кое-какие связи на высоких постах.
Ну, на слово ей я могу поверить.
— Хорошо, — кивнул я. — Давайте всё это упаковывать. И поосторожнее, парни и девчата. Представьте, что это не обычные каменюки, а хрупкие хрустальные вазы, которые грозят рассыпаться от малейшего чиха.
Ирен положила ладонь на древнюю глиняную табличку.
— Некоторые из них, Артём, практически такими и являются.
Рыжеволосая жрица лично проследила за погрузкой табличек и доверила самые хрупкие мне, Лилии и Илину, как самым, по её мнению, аккуратным.
— Знаешь, что будет, если ты их сломаешь? — спросила она меня необычайно серьёзным голосом, осторожно пристёгивая ко мне рюкзак, набитый бесценными реликвиями. Спина тотчас ощутила всю тяжесть веков.
Я попытался отшутиться, но вышло кривовато:
— Что, секса на месяц лишишь?"
"Её ответный взгляд убил серьёзностью.
