В начале следующего дня мы продолжали осмотр полярного лагеря, уничтожая обгоревшие огнями логовицы. Никакого монстра с групповым рейтингом не обнаружили. Но наш путь пролегал через гигантскую, расколотую до неузнаваемости статую — ее лица уже почти невозможно было различить, но по остаткам очевидно она достигала пятнадцати метров в длину....
За ними мечи, закреплённые на вращающейся колонне, рассекали воздух над тропинкой, а дальше прямая, где стояли несколько мужиков с тупыми копьями и камнями, чтобы швырять их в бегунов.
Сорвёшься — упадёшь в яму с вязкой грязью и, скорее всего, придётся возвращаться к началу и начинать всё заново грязным и униженным под насмешки толпы. Это неплохо мотивировало сбавить скорость, но я на кураже после предыдущих препятствий только ускорился."
"Перепрыгнув первое бревно, приземлился прямо перед вторым и инстинктивно ушёл в резкий кувырок, который пронёс меня над шипами третьего.
Охотничье чутьё сработало на первом же брошенном копье. Из-за уклонения я словил камень в плечо, чуть не потеряв равновесие, но, стиснув зубы, побежал дальше. Лучший способ избежать боли — просто поскорее всё закончить.
Мне удалось увернуться от пары камней и копий, но одно копьё всё же впечаталось мне в живот.
Чёртовы ублюдки, которые швыряют это дерьмо! И к чёрту всю эту полосу! Судьи явно добивались того, чтобы их будущие рыцари после гонки нуждались в лекаре. Я стиснул зубы и понёсся во весь опор, глядя только на финишную черту, и… со всей дури рухнул прямо в скрытую яму, крепко приложившись о земляную стену.
Скорости хватило, чтобы зацепиться за край. Отчаянно карабкаясь, я вытащил себя наружу и повалился на землю. Только сейчас грудь пронзила боль от удара, а лёгкие судорожно затрепетали, силясь втянуть хоть глоток воздуха.
«Выкладываясь на финишной прямой», твою мать! Эти судьи настоящие козлы!
Но я не собирался сдаваться так близко к финишу. С трудом дыша, чувствуя, как ноют рёбра, я неуклюже поднялся и поплёлся вперёд, глядя себе под ноги.
Теперь, когда смотрел внимательно, видел взрытую землю над ямами. Их оказалось не так уж и много, как я думал, но вполне достаточно, чтобы любой, кто побежит на полной скорости, гарантированно в одну угодил. Я лавировал между ними, постепенно ускоряясь, пока восстанавливал дыхание, а острая боль от ушибов сменялась тупой пульсацией.
Приближаясь к финишу под рёв толпы, я уже начал оглядываться, ожидая нового подвоха.
