На фоне тихого леса и светло-синего неба, колонна казалась огромной гусеницей, подрагивающей под обстрелами ракет. Но впереди двигался черный автомобиль, его призрачные фары рвали ночное пространство как мечущиеся звезды. Машина стремительно летела к западу, часто выезжая на обочину, будто пытаясь уцепиться за смерть. В конце концов поток встречных машин исчез, и водитель машины упрямо тащился вперед, словно призрак....
Язычок весов колебался и не хотел занять положенное место, а Роберт не хотел двигать разновеску дальше. Сажин остановился рядом, сдвинул чуть-чуть разновеску.
Дверь спортзала приоткрылась, и буфетчик поманил Сажина.
— Вас спрашивают из посольства. Еще просят вашего легковеса.
Сажин оглядел зал и позвал:
— Шурик, спустись со мной.
На первом этаже у буфета был телефон, трубка лежала рядом. Сажин подошел, взял трубку и прижал ее плечом.
— Слушает Сажин.
— Здравствуйте, Михаил Петрович, — сказал незнакомый голос, — и не задавайте лишних вопросов.
— Более или менее.
— В сорок пятом году в Маутхаузене вас допрашивали? Верно?
— Да.
— Во время допроса приехал капитан в форме СД?
— Да.
— Его портрет вы найдете в газетах — фамилия Фишбах. Он был секретным порученцем Гиммлера. Все остальное понятно?
— Да, — Сажин вспомнил портрет в газете, вспомнил лицо, которое казалось ему удивительно знакомым.
— Вы единственный, кто может его опознать.
— Спасибо. К сожалению, Николай Николаевич, я не могу сейчас заехать в посольство. Нельзя ли с вами встретиться вечером?
— Молодец, Михаил, передай трубку Шурику.
Римас стоял в телефонной будке и, прижав трубку к уху, слушал голос Шурика.
— Здравствуйте, я вас слушаю.
Римас улыбнулся, повесил трубку, вышел из автомата и уселся за руль своего «ситроена».
* * *Шурик спал, положив ладонь под щеку, сложив губы бантиком и насупив белесые ниточки бровей.
Сажин бесшумно прошелся по номеру, положил на телефон подушку, взял лежащую на столе газету и посмотрел на серьезное интеллигентное лицо Пауля Фишбаха. Приглушенно зазвонил телефон. Сажин быстро снял трубку.
— Да? Сейчас спущусь.
В баре гостиницы рядом с Карлом сидел неизвестный Сажину молодой человек. Карл встал навстречу, пожал руку и, кивнув в сторону юноши, сказал:
— Знакомься, Михаил.
Рихард так стиснул руку Сажину, что он сразу вспомнил рукопожатия новичков, пришедших записываться в секцию бокса.
Сажин долго молчал, нерешительно поглядывая на Карла, и наконец сказал:
— Доказательств в общем-то нет.
Рихард хотел задать вопрос, но Карл жестом остановил его.
— Я знаю человека, который отдал приказ о массовом уничтожении Маутхаузена.
