Женщина отшатнулась, перекрестилась.
— Косточки там, все, что нашли… — Надежда тоже осенила себя крестом.
Дверь скрипнула жалобно, и вошла Клавдия, мать Гриши.
— Здравствуй, Люба. Поверить не могу, как случилось-то такое? — Прижала платок к глазам. — Знаю, не виню никого, выпивать стал, с работы ушел… Господи! Вот ведь судьбинушка злая! А Уля-то где? Неужто даже попрощаться не захотела?
— И у нас горе, ушла наша Улечка, в монастырь ушла… жить, говорит, не хочу… свет не мил…
— Да что ты! Так вот и ушла? — Надежда обняла ее за плечи.
— Так и ушла. Ничего сделать не смогли. Силой удерживать станете, говорит, убью себя. Видно, крепко она Гришу твоего, Клава, любила… не суди ты ее и зла не держи.
— Видно, крепко… да только нет теперь сыночка моего… — Клавдия зарыдала в голос.
Женщины поголосили еще немного, потом успокоились, выпили по рюмке самогона.
— И где ты теперь жить будешь, Клава? — Люба хрустнула огурцом.
— Обратно вернусь, к сестре. Что мне здесь делать? А участок продам… по дешевке…
— И правильно. — Люба погладила Клавдию по руке. — Бог тебе в помощь. Пойду…
Люба поднялась, стараясь не смотреть на гроб, внушающий ей смутный страх. Её вдруг осенила простая мысль, что дочка ее жива и за одно это Бога нужно благодарить. А что до того, что она в Боге решила утешение искать… ее право.
К дому она подошла уже совсем успокоенной.
Ульяна шла по пыльной дороге. К полудню стало припекать, и она почувствовала усталость. Отошла от обочины и села под раскидистым дубом. Задумалась. Здесь, на реке, видела она как-то раньше монастырь. Даже спросила у кого-то, что, мол, это? Ей ответили, что женский монастырь. Тогда она просто так это спросила, из чистого любопытства, а теперь, надо же, пригодилось… Правду говорят, ничего так просто не происходит. Вот и случайное знание понадобилось, всплыло из памяти в нужный момент. Далеко идти правда, дня два, а то и три будет, но это ничего… Может, подвезет кто. По дороге фуры часто проезжают, подбросят. А нет, так она и пешком дойдет, не все ли теперь равно? По пути деревни будут, зайдет, переночует. Если пустит кто.
Ульяна вышла на шоссе, подняла руку. Большая фура остановилась, жалобно пискнув тормозами. Ульяна взобралась на подножку, водитель открыл ей дверь.
— Ну садись, вместе веселее.
Ульяна уселась на широкое сиденье, уложила сумку на колени. Водитель оказался молодым парнем, чуть старше ее. Ульяна метнула в его сторону взгляд — чем-то на Гришу похож.