Сборник рассказов о мире, где не существует железа и электричества. Люди летают на деревянных планерах, ездят на лошадях, а могущественная Римская империя доминирует над континентом. В этой фантастической реальности разворачиваются удивительные истории об искателях приключений и тайнах неба.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Искатели неба (сборник)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Сборник рассказов о мире, где не существует железа и электричества. Люди летают на деревянных планерах, ездят на лошадях, а могущественная Римская империя доминирует над континентом. В этой фантастической реальности разворачиваются удивительные истории об искателях приключений и тайнах неба.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник рассказов о мире, где не существует железа и электричества. Люди летают на деревянных планерах, ездят на лошадях, а могущественная Римская империя доминирует над континентом. В этой фантастической реальности разворачиваются удивительные истории об искателях приключений и тайнах неба.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Потом коснулся накинутой на шею петли. Стянуть-то ее нелегко, никто и не пытается, удушишься, а вот ножом порезать – запросто.
– Только не вздумай поводок сечь, – напомнил я то, что объяснял ему вечером. – Один далеко не уйдешь, надо чтобы все… сразу…
Конечно, иному дай нож поострее да времени минут пять – сможет канат рассечь. Если сила немереная, если Искупитель улыбнется, если стражники глаза отведут.
Только не бывает такого, чтобы все сразу случилось – и нож острый, и умение великое, и сила дурная, и стражники подкупленные.
– Я открою… замок открою…
Мимо нас прошел другой стражник. Глянул подозрительно, но спросил спокойно:
– Что разболтались, тля рудничная?
– Страшно пацану, успокаиваю, – сказал я.
На миг в глазах стражника появилось сочувствие. Не мне, конечно, а мальчику.
– А нечего разбойничать… – самого себя одергивая, изрек он. – Закон – он для всех писан. Хватит болтать!
Но следить не стал, пошел вперед, где по улице толпа скопилась. Арбалетом помахал – расходитесь, мол… Толпа, конечно, только на метр и сдвинулась. Не боялась его толпа, стражнику тут еще жить, вечерами по улицам ходить. Своего развлечения островитяне не упустят.
– Душегубцы! – тоненько взвизгнула в толпе девчонка. Знаю я таких, истеричек с горящими глазами, сама небось каждый год в чреве плод травит, потому и других обвинить всегда готова. – Убийцы! Насильники! Чтоб ваши руки-ноги отсохли! Чтоб у вас…
Это ничего. Эта толпа мирная была. Даже девица – покричала, покричала, да и пошла по своим делам, корзинкой плетеной покачивая. Видно, на базар собралась. Шла бы с базара – не пожалела бы мятой помидорины или яйца давленого…
– Замок тебе не открыть, – сказал я. – Слышь, Марк? Тут умение нужно.
Молчал он. Сам все понимает, сопляк.
– Чуть вперед подайся, – велел я, – чтобы брус тебе на плечи лег.
– Поймут…
– Что плетешься как вошь! – завопил я в полный голос. И пнул мальчишку по заду. Марк дернулся, рванулся вдоль каната, прижался к деревяшке, что его канат щемила.
Стражники захохотали. Ясное дело, у каторжников нервы не выдерживают. Все развлечение.
Я продвинулся вслед за мальчишкой, впился взглядом в замок. Эх, не везет, германская работа, с таким всегда трудно справиться…
– Не усердствуй! – бросил мне возвращающийся стражник. – Задохнется пацан…
Отмычку бы мне, тонкую отмычку, да с двойным изгибом, тогда бы справился…
А мы уже к площади Кнута приближались. Самое место бежать. Дальше по холмам потянемся, там места голые да безлюдные, не укрыться…
Эх, германская работа, хорошая сталь, тугая пружина, ключ в три прорези…
Никогда мне такой замок ножом не открыть!
И когда я понял это, так сразу и начал действовать. Нельзя панике поддаваться.
– Нож! – прошипел я в спину Марку.
Хоть сейчас не ослушался.
