— Ведь это Брунвальдский замок, не так ли? И у вас есть гобелены?
— Это замок, и, у нас есть гобелены, но если вы английский лорд, то я Чарли Чаплин.
— Да как ты смеешь? — завопил Инди неестественным фальцетом, копируя английское произношение, и, размахнувшись, одним мощным ударом в челюсть послал беднягу в нокаут.
Дворецкий покатился по полу, словно лопнувшая надувная игрушка. Инди отряхнул руки.
— Какое нахальство! — продолжал он все с тем же претенциозным английским акцентом. — Ты слышала, что он тут нес? Подвергать сомнению мое происхождение, мою фамильную честь, мой дар убеждения!
Эльза рассмеялась и, покачав головой, стала помогать ему оттаскивать бесчувственного дворецкого в чулан.
— Невероятно. Но очень убедительно, милорд.
Инди, выйдя из роли, схватил ее за руку и потащил в направлении широкого, с высокими сводами вестибюля.
— Теперь — за дело.
Торопливо пересекая холл, он сбросил пальто. Эльза одела его и начала ему что-то говорить. Он приложил палец к губам.
Голоса!
Они остановились. Инди огляделся и, заметив нишу рядом со скульптурной группой, нырнул туда с Эльзой.
Мимо прошли два одетых в фашистскую форму солдата. Один что-то сказал, другой громко рассмеялся, их голоса гулко разнеслись по вестибюлю.
— СС. Я мог бы и догадаться, — прошептал Инди своей подруге, когда солдаты скрылись.
Они выскользнули из укрытия и двинулись дальше по коридору.
— Как ты думаешь, где они держат отца?
— В темнице, наверное.
— Очень смешно. — Однако не так уж далеко от его собственных предположений.
В конце коридора появился слуга, катящий перед собой тележку с остатками еды. Инди и Эльза нырнули под лестницу. Они не ели уже несколько часов. При виде такого обилия несъеденных блюд в животе у Инди заурчало. Он постарался рукой приглушить причудливые раскаты и подумал, что хорошо бы это были остатки отцовского ужина.
Они просидели под лестницей довольно долго: Инди хотел изучить обстановку — сколько в замке людей, каков распорядок, если он вообще есть, и если есть, то как этим воспользоваться.
Вдалеке все еще громыхал гром, дождь по-прежнему стучал в окна над их головами.
На лестнице раздались шаги. Сверху, в сопровождении вооруженного немецкого солдата, спускался еще один слуга. В руках он держал поднос с оловянной миской и прикрепленной к ней на цепочке ложкой. Так вот он, отцовский ужин.
— Да, это больше подходит для пленника, — прошептал он, как только эти двое скрылись из виду.
— Боюсь, что так.
Медлить дольше не имело смысла. Они осторожно выбрались из укрытия и начали подниматься по лестнице, но не успели пройти и один пролет, как снова появились фашисты. Им едва хватило времени, чтобы спрятаться за массивным столбом. Когда стук солдатских сапог затих вдали, они поспешили дальше.