На главной площади города Гваруса зиял пустой памятник герою двухсотлетней давности — забытому сыну местных людей. В этот вечер казалось, что город и вовсе не видит времени. Однако молодая девушка с серыми волосами спешила туда же, пронизанный мерзким предчувствием чего-то ужасного или важного....
Я прекрасно осознаю: надежды на отношения у меня нет. Уверена, и Иррис осознает это тоже. Пусть лорд Дорней обещал помочь, пока что в своих изыскания ни он, ни леди Лоиса не продвинулись ни на шаг. Вот только я девушка. И моему глупому сердцу хочется любить. Хочется парить от счастья. Рядом с настойчивым брюнетом я испытываю такие эмоции, которых не испытывала никогда. Может не стоит от этого бежать? Да, счастливого окончания у нашей истории не будет. Но зато мне останутся по-настоящему теплые и светлые воспоминая, которые будут согревать меня одинокими вечерами.
Вечером долго отмокала под горячим душем, чтобы разогреть забитые от непривычных упражнений мышцы. Знала, что завтра они будут болеть, но приятная усталость обещала крепкий здоровый сон. Вот только выспаться не получилось. Потому что под утро я проснулась от громкого отчаянного крика.
Проснулась и подскочила на кровати, бестолково хлопая глазами. В комнате царили густые утренние сумерки, а часы показывали, что еще нет и восьми.
– Мири, что случилось? – на соседней кровати сонно завозилась Эва.
– Кто-то кричал, – пробормотала я, поднимаясь.
– Кричал? Вроде бы тихо. Может быть тебе приснилось…
– Приснилось… – пробормотала, внимательно прислушиваясь. – Нет, мне так не кажется.
И словно в подтверждение моих слов крик повторился.
– Кыст!
– Это на улице."
"Я влезла на стол и распахнула створку, машинально выставляя заслон на пути холодного воздуха. Высунулась наружу, огляделась и заметила почти у самого входа в общежитие невысокую фигурку в ярко-красном пальто.
– Там что-то случилось, – нахмурилась, закрыла окно и торопливо натянула свитер. – Я спущусь, вдруг помощь нужна.
– Я с тобой, – кивнула все ещё сонная Эва, безуспешно пытаясь пригладить торчащие во все стороны волосы.
Быстро одевшись, мы сбежали вниз. Там уже толпились разбуженные криками студенты. За нами, кутаясь в огромный пушистый халат, семенила комендант. А мрачная, давящая тишина, которую разбавляли только судорожные всхлипы, явно говорила: случилось что-то страшное.
Так и оказалось. Пробравшись сквозь толпу, я тихо ахнула. На снегу лежала Лорна Гатрис, а из-под ее головы вытекала лужа ярко-алой крови.
– Вилу надо было срочно уехать… – девушка в пальто всхлипывала в объятиях какого-то парня. – А я пошла в общагу… А она тут лежит… Мертвая…
– Стихии всемогущие… – добежавшая до нас комендант схватилась за сердце.
– За ректором послали? – шепнул кто-то.
