Девушка с магическими способностями становится преступницей, защищаясь от преследования. В тюрьме она встречает человека, готового помочь ей вернуть свободу. Теперь ей предстоит выбрать между безопасностью и борьбой за справедливость.
Ну правда, мы же и так с вами почти все время вместе, в учебном корпусе, в столовой. Не думаю, что Стиг мог бы так легко за мной следить, чтобы напасть сразу же, как только я останусь без присмотра.
– Упрямая…
– Да уж какая есть.
Иррис улыбнулся, а потом заметил:
– Ты любишь это место.
– Люблю, – кивнула, отвечая ему улыбкой. – Я же воздушник. А здесь воздух чувствуется, как нигде. Да и…
Помолчала немного, но все же призналась:
– С ветром у меня всегда получалось ладить лучше, чем с людьми.
– Неужели в Линте все были такими кретинами? – вздохнул Иррис.
– Ну не совсем уж кретинами… – отвела взгляд и неловко дернула плечом. – Просто это провинция. Спокойная, сонная, немного консервативная. Местных пугает все новое, а если это новое способно внести разлад в их размеренную жизнь…
– Они обходят его по широкой дуге.
– Да. Но меня это не слишком разочаровало. Я еще дома смирилась с тем, что… кроме одиночества ничего не будет.
– Чушь, – резко сказал универсал и притянул меня к себе, заставляя тихо ахнуть. – У тебя все будет, Искорка. Я обещаю.
– Не надо, – улыбнулась немного грустно. – Не обещай. Мне достаточно и того, что ты уже для меня сделал.
– А мне – нет, – выдохнул Иррис.
Его слова вогнали в ступор. А еще взгляд. Пристальный, пробирающий взгляд черных глаз. Сейчас между нашими лицами были считанные сантиметры. Я чувствовала его дыхание на своих губах. Могла рассмотреть каждую ресницу, увидеть крошечные огоньки, как будто загоравшиеся на темных радужках.
– Мне недостаточно, Искорка, – повторил Эльмарен.
Повторил так негромко, тягуче-бархатисто, что у меня по спине забегали мурашки и появилось стойкое желание облизать губы.
– Я сделаю все, чтобы добиться своего.
– Иррис…
– И не нужно убеждать меня в том, что ничего не выйдет, – уголок его губ дернулся в коварной улыбке.
– Не буду, – выдавила я.
– Вот и умница.
Колокольчиками зазвенели элементали, расплетая мою косу, а ветер подхватил освобожденные волосы и раздул их, пощекотав шею. Одна рука Иррис с плеча скользнула за спину, обожгла прикосновением через тонкий шелк. Второй он обвел контур моего лица, не прикасаясь, но будто заставляя чувствовать тепло его пальцев.
– Иррис… – мой выдох унес ветер.
– Ты стоишь того, чтобы раздвинуть границы возможного, Искорка, – и признание Ирриса, такое же тихое и неуловимое. – Стоишь…"
"Когда мы спустились с башни, на улице вовсю бушевала метель.
