В элегантном доме у подоконников, председательница семейства готовит праздничный стол с чистотой стерильного лабораторного пространства. Кухня и спальни наполняются ароматами свежих фруктов и цветов, все подчинено одной мысли - сделать день особенным для Ее Светлости. Тем не менее, легкий характер хозяйки скрывает глубокую эмоциональную натуру, которую нельзя недооценивать....
Он привез женщину в свой дом, поселил в смежных покоях, назвал ньярой и велел обращаться к ней «сьерра». Драконы возмутились — ладно, взял человечку в постельные игрушки. Ладно, поселил в смежные покои, а не на женскую половину. Даже ньяру можно было с натяжкой простить, но сьерра? Это уже ни в какие ворота! Так обращаться можно только к чистокровным драконам!
Спешно созванный Совет единодушно осудил поступок и, поскольку дракон наотрез отказался переселить человечку в гарем и относиться к ней, как к наложнице, а не сьерре, то вынес решение об изгнании.
И вот спустя триста лет снова изгнание — два дракона, но не за любовь к человеческим женщинам, а совсем наоборот — потому что отказались видеть в своих беременных наложницах что-то большее, чем просто сосуды для семени.
Всего триста лет и как изменилось отношение к человеческим женщинам! Дракон любит и ценит только своих соплеменников, все остальные — люди, гноумы, эльфилли и перевертыши — стоят намного ниже и годны только в слуги или игрушки.
Оба происходили из древнего рода и являлись двоюродными братьями и оба искренне считали, что нежничать и расшаркиваться перед человечками — недостойно.
Изгнания они не ожидали, и когда это случилось, были ошарашены, кинулись к одному, к другому, но отвернулись все, даже ближайшие родственники.
— Сатрранг, ты же понимаешь, что это не справедливо! — пытался достучаться до бывшего друга Арришгс. — Из-за какой-то наложницы меня изгоняют, лишают всего!
— Это ты не понимаешь, поморщился Сатрранг.
