Я мамочка, утирая слезы от крохотных капельки сына. За окном шумит дождь, серые тучи низко висят над крышами, даже цвета фасадов не могут развеять мрачное настроение. Это суровое лето Петербурга, с плюс пятнадцатью градусами и порывистыми ветрами — такая же яркая и непредсказуемая как жизнь в моей душе....
Хорошо, что дверь холодильника скрывала почти полностью, я неожиданно для себя смутилась от такого внимания к своей скромной персоне. Одет мужчина был так же, как и Шон, только футболка темная, руки держал в карманах.
— Привет, — осторожно поздоровалась, наблюдая за Россом, если не ошибаюсь. — Да, Кира…
— А, уже отдохнула? — вклинился в нашу беседу второй голос, и на кухне появился улыбавшийся Шон, сменивший футболку на клетчатую рубашку с длинным рукавом, необычайно шедшую ему. — Познакомились, да? Это Росс, мой брат, — озвучил он то, о чем я и так догадалась.
Я же, глядя на них, стоявших рядом, поймала себя на том, что не могу отвернуться и не разглядывать так откровенно. Оба подтянутые, ни грамма лишнего жира, видно, что держат себя в форме, и почему-то я была уверена — не в спортзале гири тягают. Похожие, очень, одинаковым цветом волос, улыбками, даже прическами, и вместе с тем неуловимо отличаются. Росс в самом деле более рослый, на полголовы выше, и взгляд такой, чуть прищуренный и внимательный.
— Спасибо, хорошо отдохнула, — даже смогла вежливо улыбнуться и вспомнить, что меня что-то там спрашивали, и подошла к столу, сосредоточив взгляд на крынке с молоком.
— Кира, а ты верхом умеешь ездить? — вдруг огорошил вопросом Росс, подойдя ближе и остановившись в нескольких шагах.
Достаточно близко, чтобы мой нос уловил горьковатый, с древесно-хвойными нотками парфюм, от которого внезапно ослабли коленки.
— Лет пять-шесть назад как-то с друзьями пару месяцев по выходным ездили кататься, — неуверенно ответила, схватив стакан и сделав несколько глотков живительной влаги.
