Я мамочка, утирая слезы от крохотных капельки сына. За окном шумит дождь, серые тучи низко висят над крышами, даже цвета фасадов не могут развеять мрачное настроение. Это суровое лето Петербурга, с плюс пятнадцатью градусами и порывистыми ветрами — такая же яркая и непредсказуемая как жизнь в моей душе....
— Привет, Шон, — радостно поздоровалась малышка и помахала ему.
— Привет, — он кивнул, как старой знакомой. — У Киры вопросы остались, поговоришь?
Я только открыла рот, собираясь откреститься, однако фея тут же стала серьезной, пристально посмотрела на меня и наклонила голову.
— Поговорю, — согласилась она.
Пришлось тихо закрыть рот и признаться самой себе, что вопросы все-таки есть. Шон отошел в сторонку и присел на камень, сунув в рот травинку и поглядывая на нас. Я прошлась к дальнему краю поляны, фея летела рядом со мной, а потом и вовсе присела на плечо, мазнув по щеке крылышком и болтая ногами.
— Почему ты выбрала одну меня сразу для двоих? — тихо спросила я, покосившись на безмятежного Шона — вряд ли у него такой острый слух, что он услышит мои слова.
— Я никого не выбирала, — с прежним непривычно серьезным видом возразила она. — Я только указала правильный путь. Что тебя беспокоит? — правильно разгадала она мое состояние.
— Что все эти эмоции навязанные, — призналась я, чувствуя, как теплеют щеки, и глядя под ноги.
— Глупости, — перебила мелкая уверенно. — Мы не можем навязать чувства, мы лишь подсказываем, настоящие они или ложные, — фея слетела с моего плеча и полетела рядом. — Я не могу заставить полюбить, понимаешь? Эти чувства не поддаются влиянию извне, а вот подтолкнуть события так, чтобы правильные люди встретились в нужном месте, могу, — на ее губах мелькнула лукавая улыбка, фея посмотрела на меня сквозь ресницы.
Я моргнула, уставившись на нее и вычленив те самые слова, от которых сердце дрогнуло и сорвалось в сумасшедший галоп.
— Полюбить? — осторожно переспросила и поспешно добавила. — А кто сказал, что речь идет о любви в такой короткий срок?
— Для этого чувства нет времени, — огорошила фея с убийственной прямотой. — Оно просто приходит туда, куда нужно, — взгляд собеседницы стал внимательным, а личико — снова серьезным. — Что тебе сердце подсказывает? Разве ты считаешь свои чувства неправильными и ненастоящими?
— Свои — нет, — насупилась я, признавшись хотя бы себе и фейри, что эти самые чувства к братьям у меня все-таки имеются.
— Ты скоро сама убедишься, — тихо ответила она, не дав мне договорить. — И тебе все равно придется принимать решение, как дальше жить. Ты можешь поддаться страху и оставить, как есть, потому что тебе так будет удобнее. А можешь рискнуть и получить гораздо больше, чем у тебя есть.
