Я стою на вершине крыши, осенняя грязь стучится о деревянные подпорки. Ветер обжигает лицо и раздражает волосы, тянет за рукава. Может быть, именно сейчас я поймусь? Ответ мой приходит словно отчаянный вопль в ответ на громкий вой ветра над ухом.
Ведь невозможно представить, что так легко отпустишь человека, без которого не можешь дышать…
Но если ты не любил меня, то зачем же тогда? Зачем?..
– Когда-нибудь позже, когда все успокоится, мы ведь сможем остаться друзьями? Ты мой лучший друг, Кора…
Я поднялась на ноги, думая только о том, чтобы не вцепиться в него сейчас, умоляя, уговаривая остаться со мной. Что, если пообещать взамен свою жизнь? Все, что угодно. Не женись на мне, не надо. Просто будь рядом. Хочешь, я тебе снова отдамся? Я не знаю, что я могу еще предложить… Как мне жить без тебя, Ран?
– Да, когда-нибудь… – ответила я.
– Я провожу тебя!
– Нет, нет, не нужно… А когда свадьба?
– Через неделю, в последний день зимы… Корюшка…
Я качнула головой, не давая ему договорить, и пошла прочь. Только бы не упасть, ноги совсем не слушаются.
Ран и Вита. Поженятся. Через неделю.
У меня было чувство, будто я смертельно ранена. Я шла и слабо удивлялась тому, что сердце мое не остановилось."
"Мне даже не к кому было пойти сейчас.
– Ты знала, да?
– Да, Кора. Родители Рана сначала хотели, чтобы он женился на мне. Папа попросил этого не делать. Даже обидно, знаешь. Я ведь не до такой степени мерзавка, чтобы поступить так с родной сестрой.
Я вспомнила, как Грета выбежала из библиотеки, крикнув: «Вы совсем ополоумели?» Теперь понятно, о чем был разговор.
– Почему вы мне не сказали? – это единственное, что мне еще надо было узнать.
Грета коснулась моей руки.
– Он хотел сам сказать. Он попросил. Объяснил нам, что сам должен. Что так будет правильно.
Вот оно что… Понятно. Правильный Ран. Долг и ответственность на первом плане. Я поняла, что хихикаю, а Грета с ужасом смотрит на меня.
– Кора… – Она потормошила меня за плечи, стараясь привести в чувство. – Ты поплачь, поплачь! Легче будет. Я с тобой посижу.
Но я не могла сейчас плакать.
– О, сестренка…
Грета уложила меня к себе на кровать, заварила какой-то настой из трав, заставила выпить. Потом укрыла одеялом и всю ночь сидела рядом.
* * *С Витой мы поговорили на следующий день.
– Это не мое желание, Кора, – сказала она, опустив взгляд. – Родители договорились, поставили перед фактом. Прости…
– Ты не виновата, Вита.
Как же тяжело дались мне эти слова, но я действительно ни в чем не могла ее винить.
