Я стою на вершине крыши, осенняя грязь стучится о деревянные подпорки. Ветер обжигает лицо и раздражает волосы, тянет за рукава. Может быть, именно сейчас я поймусь? Ответ мой приходит словно отчаянный вопль в ответ на громкий вой ветра над ухом.
Кора очень сильный маг, но не может одновременно использовать магию подчинения и боевые заклятия – только что-то одно. Поэтому, пока Кора использует пятую стихию, она совершенно беззащитна.
Скример миновал преграду, мы расступились, пропуская его вперед. А Кора сделала шаг навстречу, протянула руки, встала на цыпочки и закрыла глаза. Я знаю, она ощущала сейчас прозрачные нити, которые тянулись с кончиков ее пальцев, опутывали, пронзали бестию, лишая ее воли.
Я смотрел только на нее, на ее губы, готовясь вместе с ней произнести формулу подчинения, если она забудет.
Краем глаза я замечал, что буквально в двух шагах от меня кипит бой. Бестии, которых еще минуту назад удавалось удерживать за пределами каменной площадки, постепенно стали проникать все глубже. Они обступили нас со всех сторон, а за ними напирали все новые и новые. За пределами площадки, на полигоне, творилось что-то невообразимое. Я понял только, что магистры образовали первый круг обороны, стараясь пропускать к центру как можно меньше тварей.
Я отвел глаза, сосредоточившись на укреплении защитного поля, надеясь, что правильно рассчитал силы и поддерживать щит мне удастся еще, по меньшей мере, пару часов. Твари вновь отступили.
Брида целилась скримеру в горло, чтобы спустить стрелу с тетивы, едва тот издаст хоть звук. Я помнил формулу подчинения и готов был подсказать, но надо дать Коре время.
Она произнесла формулу без запинки, а скример послушно стоял и слушал, покачиваясь на тонких ногах.
– Не трогать людей. Убивать танатосов, – сказала Кора заключительную фразу. Вокруг стало тихо: на секунду все отвлеклись от битвы и ожидали, что будет дальше.
Скример развернулся и, пошатываясь, ушел прочь."
"В эту секунду все скримеры получили тот же самый приказ.
Может быть. Но пока и бестии причиняли массу неудобств, поэтому ничего не остается, как только продолжать битву. Мы проводили скримера взглядом.
– Выглядит потерянным, – усмехнулся Димер. – Бедолага.
Димер тяжело дышал, разгоряченный битвой, но не терял своего язвительного чувства юмора.
