Я стою на вершине крыши, осенняя грязь стучится о деревянные подпорки. Ветер обжигает лицо и раздражает волосы, тянет за рукава. Может быть, именно сейчас я поймусь? Ответ мой приходит словно отчаянный вопль в ответ на громкий вой ветра над ухом.
Такие же, как сейчас у нас в руках.
Твари были еще далеко, но бестии передвигаются очень быстро, когда хотят. Даже такие с виду неуклюжие, как полиписы.
– Не отходи от меня, – приказал Ран. Кажется, к нему вернулась его прежняя выдержка. – Бежать бесполезно – мы посреди поля. Будем сражаться.
Я кивнула. Что тут скажешь? Отлично начался учебный год, слов нет.
Глава 8
Диверсия
– Встань за моей спиной. Не лезь вперед без крайней необходимости.
Говорил так, будто уверен был, что я не ослушаюсь.
Самыми страшными мгновениями в этой битве стали те, когда смотришь на приближающихся бестий и вынуждена просто ждать. Бежать нельзя – догонят и убьют. Сжимаешь в руках бесполезный меч, который и стебелек травы-то не перерубит, и молишься богине Солнце о том, чтобы смерть стала не слишком мучительной. Ран стоял на шаг впереди. Я видела, как на его плечах напряглись мышцы.
Бестии рассредоточились по полю, нападая на всех, кого видят.
А совсем скоро мне стало не до размышлений. Первым до нас с Раном добрался змеехвост. Он был не такой большой, какими обычно бывают его собратья, но все-таки быстрый и опасный. Остановился в двух шагах, припал на все четыре лапы, нюхая воздух и поглядывая на Рана злыми оранжевыми глазами, горящими на угольно-черной морде.
– Ран…
– Тихо, Кора. Не шевелись.
Я тихонько всхлипнула, перехватывая рукоять меча. Эти деревянные игрушки змеехвосту на один зуб. Ух, как же страшно. Радовало только то, что другие твари пока далеко и у нас есть в запасе минута-другая.
Бестия распрямила хвост, приподнялась на задних лапах. Это означало, что сейчас она нападет. Так и есть! Прыжок! Ран взмахнул мечом, отбивая тварь. Та отлетела назад как лохматый, злобно шипящий мяч. Приземлилась и тут же с удвоенной силой бросилась вперед. Ран подцепил ее поперек живота и отшвырнул как можно дальше. Это превращалось в какую-то глупую игру – было бы смешно, если бы не было так страшно.
