Григорьева Юлия переживает напряженные отношения с мужчиной Флэем, где смешиваются принуждение и страсть. Между ними возникает конфликт из-за власти и взаимного желания. Развитие их отношений несет в себе скрытые интриги.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Искупление. Часть вторая»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Григорьева Юлия переживает напряженные отношения с мужчиной Флэем, где смешиваются принуждение и страсть. Между ними возникает конфликт из-за власти и взаимного желания. Развитие их отношений несет в себе скрытые интриги.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Григорьева Юлия переживает напряженные отношения с мужчиной Флэем, где смешиваются принуждение и страсть. Между ними возникает конфликт из-за власти и взаимного желания. Развитие их отношений несет в себе скрытые интриги.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мать Флэя уверенно вела меня через поселение, не оборачиваясь, чтобы посмотреть на меня, но и не так быстро, чтобы я спотыкалась, догоняя ее. Сил и прыти еще в этой престарелой Рыси было много. Она обернулась лишь раз, когда я шумно всхлипнула.
— Великая Мать добра, верь в ее милость, — велела женщина. — И Пращуры не оставят силой племени своего сына. Плакать нужно по мертвым.
— О-ой, — завыла я, и она строго одернула меня.
— Пока бьется сердце Флэйри, ты должна делиться с ним силой, а не страхом, — учила меня свекровь, заходя в дом. — Так легче найти дорогу назад. Будь сильной, Даиль, свети ему огнем своей души, иначе свет звезд окажется ярче, и Флэй пойдет к нему.
Ее слова оглушили и… дали надежду. Я сдержала новое рыдание, утерла слезы и серьезно кивнула.
— Я буду сильной, — пообещала я.
— Так-то, — произнесла женщина и усадила меня за стол.
— Мне кусок в горло не полезет, — сказала я, с отвращением думая о еде.
— Тебе не полезет, моему внуку пригодится, — ответила она, отрезая толстый кусок пышного каравая. Затем достала глиняный горшок, в котором оказался мед, и густо намазала его на хлеб. — Ешь, Даиль. Ешь и думай о том, как тебе хорошо с моим сыном. Пусть от твоих мыслей ярче засветит ваш огонь, пусть Флэй тоже вспомнит, пусть согреется и выберет тебя.
Следом появилась кружка с теплым молоком, и свекровь ушла, оставив меня наедине со своими страшными мыслями. О хорошем? Да я сейчас могла думать лишь о том, что могу потерять его. Малыш внутри меня заворочался, я погладила живот, скорей машинально, чем желая его успокоить. Затем опустила взгляд на хлеб. Не съем, просто не смогу. Но рот вдруг наполнился слюной, когда я смотрела на слой меда, уже засахарившийся за зиму, сглотнула, взяла хлеб и откусила… Боги, хорошо-то как, сладко! Как я проглотила лакомство, даже не заметила, только подумала, что я до безумия хочу сладостей. Вот, чего мне не хватало все это время!
Каравай лежал передо мной, нож, горшочек с медом, деревянная ложка тоже. Воровато оглянувшись, я отрезала еще ломоть, намазала медом, подумала и отправила в рот мед без хлеба. После прикрыла глаза, откусывая большой кусок от хлеба с медом, и даже застонала, смакуя вкус. Кажется, ничего лучше я в жизни не пробовала. Может, я смогу уговорить мать рысика научить меня печь такой же вкусный хлеб. А потом будет лето и свежий мед.
— М-м-м, — вновь простонала я, представляя янтарную тягучую субстанцию. — Хорошо-то как.
