Флэй. Чуть помолчав, дикарь открыл глаза. "Что?" — спросил он тихим голосом, будто говоря мне самому себе в ответ на мое предложение быть полусонной. Я привстала и уселась рядом с ним, вздохнув. "Полчасу назад было страшно, а теперь скучно," — пробормотала я, чувствуя себя дикой странницей в своем сне. Как будет дальше?...
— Скажи мне, мудрая мать, Сафи вонзила меч в отца?
— Нет, но…
— Или она насиловала Золи?
Женщина хмуро взглянула на сына.
— А может, ты достоверно знаешь, что она пришла сюда уничтожать? — продолжал Флэй. — С каких пор Рыси лишились своей хваленой гостеприимности и терпимости? Скажи мне, мать, я ведь не знаю, что здесь происходило за десять лет.
— Рыси всегда рады друзьям, — ответила женщина. — Но пришлая не друг."
"— Но и не враг, и это главное, мать, — мужчина устало вздохнул и прикрыл глаза. — Она несчастная, одинокая женщина, у которой отняли мужа, не дав познать с ним ни радостей, ни горя, ни родить детей.
— Тогда почему на ее могиле еще не цветут мертвы, — неожиданно зло воскликнула старая ""рысь"", вскакивая со скамейки. — Твоя жена умерла, защищая свою честь, а эта спит сладко…
— Пращуры готовили мне подарок, — не менее резко ответил сын, так же вставая. — Эта женщина — мой дар, мать. Мы с ней заслужили свое счастье, выплакали, выстрадали, и я буду всегда на ее стороне.
— Ты предашь свой народ? — вскинулась мать.
— Чем? Тем что буду любить женщину, разбудившую меня после долгого сна смерти? — усмехнулся Флэй. — Ты так легко бросаешься словами, мать. Успеваешь ли ты сама услышать их смысл?
Она вновь села на скамью, взглянула на сына исподлобья и произнесла:
— Ты предал Золи, сын. Она плачет в садах Пращуров, узнав, что ее муж заменил ее на дочь народа, забравшего ее юный огонь.
Флэйри резко развернулся и некоторое время смотрел на мать, словно видел ее в первый раз. Затем приблизился и присел на корточки, сжав сухие руки в ладони. И вновь она почувствовала себя неуютно под проницательным взглядом сына.
— Помнишь, когда я был маленьким, ты учила видеть в людях не только плохое? Даже врагов ты учила понимать. Почему же сейчас ты не желаешь понимать своего сына? Зачем говоришь о том, во что сама не веришь? Золи погибла страшной смертью, и часть ее огня навсегда соединился с моим в Священном Пламени.
