Флэй. Чуть помолчав, дикарь открыл глаза. "Что?" — спросил он тихим голосом, будто говоря мне самому себе в ответ на мое предложение быть полусонной. Я привстала и уселась рядом с ним, вздохнув. "Полчасу назад было страшно, а теперь скучно," — пробормотала я, чувствуя себя дикой странницей в своем сне. Как будет дальше?...
— Подари мне себя, — произнес он, — Подари мне свой жар, голубка."
"И вновь терзал мои губы, тело, саму душу ласками. Уже такие знакомые руки скользнули вниз, огладили грудь, чуть сжали, пальцы прошлись по вершинкам, и я выгнулась, надавила на плечи и застонала, когда губы сменили руки, продолжившие свое путешествие. Вскрикнула, ощутив их на средоточие своего желания, уже влажном и горячем. Мои пальцы захватили крепкий ствол его естества, пробежались от навершия до основания, и я поймала губы своего мужчины, выпивая его первый стон.
— Люби меня, люби, — умоляла я, впиваясь ногтями ему в плечи, не в силах более сдерживать рвущуюся страсть.
— Всем своим существом, — прошептал Флэй в мои приоткрытые губы.
Он вошел в меня, заполняя жаждущее лоно до кроев. И мир исчез, превращаясь в опаляющий жар огня, согревавший наши души. Вселенная взорвалась, утонула в ревущем пламени, унося в сладостное и желанное небытие…
Глава 4
Таргар.
Прошедшая ночь насытила его сиятельство до отвала, и когда он отбросил нож, которым вырезал на издыхающем теле секретаря Тайного кабинета, который выкрал папку и передал гаэлдарцам, инициалы ""С.
Не осталось никаких желаний, вообще никаких. Удовлетворение и легкость, вот и все, что он сейчас чувствовал.
— Через четыре часа жду новые документы, — кинул он на ходу бледному тайному советнику.
— Да, ваше сиятельство, — поклонился тарг Коген, подавляя спазм. Он бросил взгляд на тело своего секретаря, сейчас напоминавшее кусок сочащегося кровью мяса, зажал рот ладонью, но не сдержался, и мужчину выворотило на пол пыточной камеры.
Его сиятельство поднялся наверх, распахнул двери покоев и нахмурился, чего-то не хватало.
— Подождем, — решил Найяр и направился в умывальню, где уже подготовили горячую воду.
Удерживая сознание от наплывающей дремы, герцог быстро помылся и упал на постель, мгновенно засыпая. Сон был странный. Ему снился огонь, полыхающий, ревущий.
