Кайден теряет сознание после оvertures страшной конфликтной ситуации. В его голове вертится воспоминание о взаимности и страдании Анжелики, до тех пор не унесшей его в объятия своей любви. Затем он погружается в бездонную глубь темноты, чувствуя обиду за предательство жизни надеждой на то, что мог бы избежать мести баронессы Свирской....
Увидев это «произведение кулинарного искусства», пока еще муж скривился, а потом выдал:
— Кулинария — не твое… Если у тебя не было денег купить для дочки нормальный торт, могла бы просто сказать, я бы по дороге заехал в кондитерскую…
Тарелка, которую Мила несла к столу оказалась на полу, а я подумала, что может и не стоит так спешить с приобщением детей к труду…
Не факт, когда мне удастся отсудить свою часть имущества, а вот посуда у нас может закончится раньше… Но потом, все эти мысли ушли на задний план, когда я увидела, как расстроился ребенок…
Подхватила Милу на руки, и она уткнулась мне носиком в шею, всхлипывая.
Повернулась к «папаше года».
— Вообще-то, в следующий раз, подумай, что и когда говоришь… Этот торт пекли твои дети и вкладывали в него душу, а, посему, если не хочешь пробовать, мы тебя не задерживаем. Можешь ехать в особняк и заказать повару то, что тебе больше придется по душе.
«Папаша года» смутился, потрепал Милу по голове и решительно отрезал кусок торта.
— Не расстраивайся, хорошая моя! Папа тебя любит и обязательно попробует то, что ты для него сделала…
С этими словами он, под пристальным взглядом Сашки и Милы, которая повернулась в моих руках в сторону папы, отрезал большой кусок торта и, не смотря в тарелку, наколол достаточно большой кусок и положил его в рот…
Надо было видеть, как перекосилось его лицо, хоть он и пытался держать его… Рука тут же потянулась к кружке, и он сделал большой глоток, стараясь «протолкнуть шедевр дальше»… но тут же закашлялся и у него на глазах появились слезы, а я, поглаживая Милу по спинке рассказывала ей:
— Вот видишь, девочка моя, как папе понравилось… Надо будет ему еще и с собой завернуть, попьет дома чайку перед сном…"
"Поставила малышку на ноги и проговорила, подталкивая к ящикам.
— Беги, возьми там, в верхнем ящичке большую коробочку, чтобы наш тортик там поместился и папе было удобно его нести…
Мила с готовностью бросилась выполнять поручение, а я, скрестив руки на груди, с усмешкой посмотрела на пока еще мужа, который пытался отдышаться.
Задерживаться он у нас не стал… Быстро собрался и засобирался уходить, но возмездие в виде Сашки с Милой не отпустили его просто так, уже на пороге остановив и вручив ему торт…
В это же время раздался звонок и посыльный внес в квартиру большую коробку из любимой детьми кондитерской, и они тут же потеряли к папе интерес и понеслись на кухню готовить чай.
