В начале сентября 1941 года, на пороге секретного кабинета вражеской разведки, предстает история о честолюбии и бесстрашии одного майора. Этот роман исследует тени похищения жителей и их попытки искупить вину после войны, создавая атмосферу напряженности и страха военных времён....
«Абверкоманда-104» вместе с армиями «Норд» победоносно прошла путь по маршруту Кёнигсберг – Резекне и в сентябре добралась до Пскова. Так что где-то майор Гемприх-Петергоф был благодарен судьбе за то, что ему удалось побывать в старинном русском городе Пскове, имевшем немалую историю и каких-то двести лет назад слывшем одним из крупнейших городов Европы."
"Майору нравилось гулять по псковскому Кремлю, где буквально каждый камень дышал стариной, ощущать при этом некоторую гордость за русских зодчих, сумевших построить кремлевские крепостные кольца, равных которым не было во всей Европе.
Остановив машину, Гемприх-Петергоф выбрался из теплого салона и зашагал к Покровской башне, поднимавшейся к небу высоким деревянным шатром. Поддавшись нахлынувшему чувству, притронулся к древней щербатой поверхности.
От пришедшей мысли сделалось немного не по себе. Развернувшись, майор широкой поступью зашагал обратно к машине.
Вернувшись в расположение «Абверкоманды-104», Гемприх-Петергоф прошелся по территории. Бойцы первой роты под командованием старшины Максима Войнова, он же Марк Хофер, усердно маршировали, высоко, как того требовал советский армейский устав, поднимая ноги и старательно вытягивая носки.
– Левой! Левой! Левой! – не уставал повторять старшина. – Песню-ю-уу! Запе-е-ээ-вай!
– По доли-и-нам и по взго-о-орьям, шла див-и-изия впе-э-ре-ед! – вдохновенно, старательно, с большим чувством, как могут петь только бойцы Красной армии, затянули песню.
Псковская школа отличалась одной особенностью – все курсанты обязаны были обращаться друг к другу не иначе, как «товарищ».
