В начале сентября 1941 года, на пороге секретного кабинета вражеской разведки, предстает история о честолюбии и бесстрашии одного майора. Этот роман исследует тени похищения жителей и их попытки искупить вину после войны, создавая атмосферу напряженности и страха военных времён....
Из этих донесений следовало, что на Сталинградском направлении у русских собраны незначительные силы – более удобного места для генерального удара не отыскать, осталось только убедить в очевидном генералитет. Они, один в один, убеждают, что нужно продолжить наступление на Москву.
Вернув конверт адъютанту, фюрер спросил:
– Юлиус, во сколько сегодня совещание с генералами?
– В два часа, мой фюрер, – с готовностью ответил Шауб.
– Командующие уже подъехали?
– Так точно!
– Скажите им, что я сейчас подойду.
– Слушаюсь, мой фюрер! – выбросил вперед руку Юлиус и вышел из кабинета.
Разговор предстоял непростой. Гитлер подошел к большому зеркалу, поправил лацкан френча. Блонди, стоявшая рядом, тоже требовала внимания, преданно поглядывая на хозяина и слегка помахивая хвостом. Фюрер потрепал псину по рыжей холке (собака всегда поднимала ему настроение) и зашагал к двери.
Глава 19. Заставим его понервничать
Отделение автоматчиков «СМЕРШа» взяло по периметру поляну, на случай если вместе с грузом будет выброшен десант.
Майор Волостнов, оставшийся стоять на краю поляны, находился в глубокой тени елей и молча наблюдал за тем, как два парашюта с огромными тюками падали на землю.
Неожиданностей не произошло: сбросили два тюка, как и было обговорено в радиограмме.
Майор Волостнов подошел к грузу. Прощупал толстую ткань, пытаясь угадать содержимое, и пальцы натолкнулись на что-то твердое – не иначе, как контейнер с батареями для радиостанции.
– Освобождайте от парашюта груз и в машину! – распорядился майор Галкин."
"Командир отделения автоматчиков сержант Кирюхин умело отстегнул ремни и, вскинув баул на плечо, зашагал к машине.
