Немецкая диверсионная группа высаживается в Вологодской области. Её командир — бывший советский сержант Михаил Аверьянов, уроженец этих мест. Притворяясь преданным нацистам, он замышляет искупить свою вину и предать врага. На родной земле развернётся опасная игра шпионажа и предательства.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Искупление вины»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Немецкая диверсионная группа высаживается в Вологодской области. Её командир — бывший советский сержант Михаил Аверьянов, уроженец этих мест. Притворяясь преданным нацистам, он замышляет искупить свою вину и предать врага. На родной земле развернётся опасная игра шпионажа и предательства.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Немецкая диверсионная группа высаживается в Вологодской области. Её командир — бывший советский сержант Михаил Аверьянов, уроженец этих мест. Притворяясь преданным нацистам, он замышляет искупить свою вину и предать врага. На родной земле развернётся опасная игра шпионажа и предательства.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
На его руках крови нет, а в плен он попал, будучи раненым, изъявил желание сотрудничать с нами, рассказал много важного о псковской школе. Нам теперь известен практически весь преподавательский состав школы и многие из выпускников. Известен весь руководящий состав «Абверкоманды-104», их задачи, цели, в какие именно районы отправлены диверсанты. Подавляющее большинство агентов уже изобличены и работают на военную контрразведку. Во многом это заслуга Аверьянова. – Взгляд Меркулова оставался холодным. О чем он думал, понять было невозможно, заместитель наркома умел прятать чувства. Майор продолжал с пущей убежденностью: – За все это время к нему с нашей стороны не было ни одного нарекания. Большая часть радиограмм была составлена лично им, он знает, как улучшить работу, прекрасно разбирается в психологии своего руководства, и я уверен, если Родина его простит, он принесет еще большую пользу.
– Операция «Барин» не будет продолжаться вечно, – сухо произнес Меркулов. – Чем он будет заниматься дальше?
– Он способный дешифровщик. Знает принципы немецкого шифрования, а значит, и ключ для дешифрования радиограмм. В этом я не однажды убеждался, когда давал ему расшифровывать радиограммы из других управлений. Его можно использовать в этой работе.
– Ваше предложение довольно интересное. Не так уж у нас много хороших дешифровщиков… По поводу Особого совещания… Хочу сказать откровенно, не так все просто… Я действительно вхожу в его состав на правах заместителя наркома внутренних дел, но кроме меня в него входят уполномоченный НКВД по РСФСР, – принялся загибать пальцы Меркулов, – затем начальник Главного управления рабоче-крестьянской милиции и народный комиссар союзной республики. Все эти люди очень разные, они не знают специфику нашей работы, заручиться их поддержкой будет крайне непросто, осужденный по пятьдесят восьмой статье для них – враг, и убедить их в противном будет крайне сложно. Люди они взрослые, сформировавшиеся, со своими взглядами и собственным жизненным опытом. На вашего Аверьянова, несмотря на его заслуги, они будут смотреть как на предателя Родины. Его деяния попадают под статью особо опасных преступлений против порядка. А потом, как вы себе это представляете? – Голос Меркулова заметно окреп. – Чтобы первый заместитель наркома внутренних дел уговаривал членов Особого совещания пощадить изменника и предателя Родины?
– Товарищ первый заместитель…"
"– Да знаю, что вы мне скажете, – отмахнулся Меркулов. – Это только мы знаем, что он помог уберечь жизни сотен, а может, и тысяч людей! Но для всех остальных Аверьянов предатель, который просто спасает собственную шкуру. И тут ничего не поделать.
