Немецкая диверсионная группа высаживается в Вологодской области. Её командир — бывший советский сержант Михаил Аверьянов, уроженец этих мест. Притворяясь преданным нацистам, он замышляет искупить свою вину и предать врага. На родной земле развернётся опасная игра шпионажа и предательства.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Искупление вины»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Немецкая диверсионная группа высаживается в Вологодской области. Её командир — бывший советский сержант Михаил Аверьянов, уроженец этих мест. Притворяясь преданным нацистам, он замышляет искупить свою вину и предать врага. На родной земле развернётся опасная игра шпионажа и предательства.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Немецкая диверсионная группа высаживается в Вологодской области. Её командир — бывший советский сержант Михаил Аверьянов, уроженец этих мест. Притворяясь преданным нацистам, он замышляет искупить свою вину и предать врага. На родной земле развернётся опасная игра шпионажа и предательства.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Вы куда интереснее, чем она! Просто та девушка была моей первой любовью.
О своей собеседнице майор знал многое. Сразу после окончания двух курсов медицинского университета, побуждаемая патриотическими чувствами, Гертруда как одна из активисток Ассоциации «Вера и красота» была направлена на передовую Восточного фронта. Надо признать, что она была отобрана среди многих претенденток, подходивших по всем параметрам, и прошла жесточайший конкурс.
Первые три месяца Гертруда работала в публичном доме для солдат, обслуживая за месяц до шестисот человек. Бордели, как правило, располагались в прифронтовой зоне, неподалеку от передовой. Так что снаряды, разрывающиеся неподалеку, только усиливали ее желание быть полезной.
Впоследствии было замечено, что девушка слишком хороша для солдатского потребления, и тогда ее перевели в фельдфебельский бордель, где клиентов было не столь много, а зарплата куда выше. И только полгода назад вышел приказ о переводе ее в офицерский публичный дом.
– Так что вы хотели узнать у меня, господин майор? – Гертруда пристально посмотрела на Гемприх-Петергофа.
Вытащив из ящика стола фотографию Аверьянова и протягивая ее Гертруде, майор спросил:
– Вам знаком этот человек?
Она взяла снимок, слегка надула полные капризные губки, а потом обиженно проговорила:
– Разве при такой работе, как у меня, всех запомнишь? Хотя нет… Этого я помню. Правда, здесь он немного другой… Усталый, что ли, изнуренный. Почему-то мне он показался особенным.
– Потому что разговаривал на русском?
– Совсем нет. В нашей работе встречаются немцы, которые выучили русский язык, много и прибалтийских немцев… Просто он во время нашей близости все время называл меня Марусей и при этом был со мной очень нежным, будто я действительно была его девушкой.
– И это все?
– Нет, не все… Обычно мужчины рассказывают о своих подругах и женах, о том, как они их любят. Но этот вел себя совсем иначе. Он не жаловался, не рассказывал про свою невесту, а просто все время повторял: «Я к тебе вернусь. И мы опять будем вместе».
– Что он еще говорил? Припомните, меня интересует каждая мелочь, важна каждая деталь."
"Перед встречей с Гемприх-Петергофом чиновник из социального министерства предупредил Гертруду, что майор – весьма важный чин в службе безопасности, поэтому она должна быть с ним предельно откровенной и исполнять все, о чем бы он не просил. Девушка была готова ко всему, вот только никак не ожидала такого разговора.
– Говорил, что мечтает вернуться в свой город. И все, что с ним произошло, это испытание, которое он должен с честью выдержать.
– Он ругал немецкий порядок?
– Такого я не припомню, – немного подумав, ответила Гертруда.
