В начале сентября 1941 года, на пороге секретного кабинета вражеской разведки, предстает история о честолюбии и бесстрашии одного майора. Этот роман исследует тени похищения жителей и их попытки искупить вину после войны, создавая атмосферу напряженности и страха военных времён....
– А почему ты все время молчишь? – неожиданно спросила она.
– Просто отвык от гражданской жизни.
– А если откровенно?
– Если откровенно… Ты этого можешь не понять.
– Почему? Я пойму. Ты вспоминаешь Антонину? – прозвучал простодушный вопрос.
– Ты про нее знаешь?
– Я многое про тебя знаю. Ты ее очень любил… Ты и сейчас ее любишь?
– Трудно сказать… Просто часто вспоминаю.
– Я знаю рецепт, чтобы забыть.
– Вот как? – невольно удивился Михаил. – Я уже все перепробовал, не помогает.
– Нужно просто влюбиться, вот и все! По-настоящему влюбиться.
– Да, конечно… Как же я о таком забыл! И в кого же?
– Например, в меня.
– Хм… Возможно, в этом что-то есть.
Маруся была забавной, и с ней можно было говорить обо всем. Вот только жаль, что она никогда не сумеет заменить Антонину…
На следующий день Михаил с друзьями пошел вечером в ресторан «Париж», славившийся хорошей кухней. Расположились за свободным столиком, сделали заказ… И тут он увидел, как в зал, в сопровождении двух подруг, вошла Антонина.
– Ну все, Миха, – произнес Геннадий, сидящий рядом. – Пропал ты! Твоя краля пришла.
Прошедшие годы только подчеркнули женственность Антонины, она по-прежнему была свежа и хороша собой. Прекрасно осознавала собственную власть над мужчинами и держала красивую голову горделиво, снисходительно посматривая в зал.
– Почему она в ресторане без мужа? – спросил Аверьянов.
– А кто ее знает? – пожал плечами Геннадий. – Он у нее все время в разъездах. Когда его нет, она сюда часто с подругами заходит. Твоя бывшая пассия любит вкусно покушать. Чего ты загрустил? Может, тебе не стоит теряться? Видишь, как она взглядом тебя сверлит.
На сцену вышел духовой оркестр, музыканты, одетые в одинаковые клетчатые пиджаки, степенно расселись на заготовленные стулья, продули трубы, вслушиваясь в пронзительные звуки, а потом через минуту зазвучал вальс.
– Ты зря межуешься, – укорил Геннадий. – Такие женщины, как твоя Тонька, долго без присмотра не остаются… Смотри, к ней какой-то вояка потопал.
