В начале сентября 1941 года, на пороге секретного кабинета вражеской разведки, предстает история о честолюбии и бесстрашии одного майора. Этот роман исследует тени похищения жителей и их попытки искупить вину после войны, создавая атмосферу напряженности и страха военных времён....
– И они вам поверили?
– Я постарался быть убедительным.
– Место, где зарыли труп, можете показать?
– Найти его будет несложно, оно видно прямо с дороги.
– Какую специальность имеют Лиходеев и Падышев?
– Диверсанты. Оба закончили Псковскую диверсионную школу.
Аверьянов выглядел открытым, не пытался юлить, не уходил от ответа, и его рассказ всецело совпадал с показаниями второго диверсанта. Неожиданно Волостнов поймал себя на мысли, что сочувствует ему. Вот ведь как бывает – служил, как положено, отстреливался до последнего патрона и по злому року оказался в плену.
Ошибиться майор не имел права. За время службы в контрразведке ему не однажды приходилось проводить допросы. Люди встречались разные. В каком-то случае приходилось расположить к себе, в других – прикрикнуть и даже запугать. Но сегодняшний допрос был особенным. С самого начала разговора он дал понять, что сведения задержанного важны, военная контрразведка в нем заинтересована.
Потребовалось некоторое внутреннее усилие, чтобы отогнать это сочувствие, и следующий вопрос майор задал более нейтральным голосом:
– Хорошо… Вот что, Михаил Николаевич, предположим, я вам верю. А какой ваш позывной?
– Мой позывной – «Маз».
– Странно звучит. Что он означает?
Аверьянов слегка замешкался, а потом решительно ответил:
– Это первые буквы имени и фамилии моей девушки… Маруся Зотова.
– Она была для вас важна?
– Она важна для меня и сейчас. С ней я встречался еще до войны. – Михаил слегка улыбнулся и добавил: – Это было так давно, как будто бы в другой жизни. Когда после побега было решено нас расстрелять… Я знал, что меня не убьют, верил, что меня защищает Маруся. Прозвучал залп, я упал, меня уже засыпали землей, а потом я стал выкарабкиваться на поверхность. Во время расстрела присутствовал майор Петергоф, вот он меня и забрал к себе.
– А какие позывные вашей «Абверкоманды»?
– «Петергоф». По фамилии руководителя нашей группы.
– Несложная комбинация, я думал, что «Абвер» работает потоньше.
– Они работают хитро, в этом им не откажешь, но позывной всегда можно поменять.
– Какие задачи ставило перед вами руководство «Абверкоманды»?
– Нам было поручено закрепиться на железной дороге.
