Автор
В сумерках Лондона 1852 года, молодая Тереза Медейрос испытывает судьбу приближения к благополучному браку. Однако ее планам мешает хищник в подобии собачки, и светлая путь теперь пронизан мрачным намеком. В сумерках она найдет неожиданных защитников и сводит с ума жертвы своими невесомыми решениями....
Как же ей шло ее имя, ведь ее назвали в честь самого эффектного полевого цветка с яркой богатой окраской, мерцающей в пору цветения. Ее голубые глаза лучились такой теплотой, что Гарри почувствовал сладкую боль в груди.
– Круги исчезли, – нежно произнесла Поппи. Увидев непонимающий взгляд мужа, она добавила, – круги под твоими глазами.
Гарри смущенно отвел глаза и потер шею.
– Сколько времени? – резко бросил он.
Поппи подошла к стулу, где лежала его одежда, аккуратно сложенная в стопку, и нашла его карманные часы.
– Половина двенадцатого, – произнесла она, решительно закрывая часы.
Гарри беспомощно уставился на нее. Пропади все пропадом. Половина дня уже прошла.
– Я никогда в жизни не вставал так поздно.
Его неприятное удивление, казалось, развеселило ее.
– Никаких отчетов от управляющих, стуков в дверь, вопросов жизни и смерти. Твоя гостиница весьма требовательная любовница, Гарри.
Гарри замер, переваривая информацию. Вспышка внутреннего сопротивления быстро потухла из-за неодолимой страсти к Поппи.
– Ты возражаешь? – поинтересовалась она, чрезвычайно довольная собой. – Против того, что ты сегодня мой?
Гарри обнаружил, что улыбается в ответ и ничего не может с этим поделать.
– Ты – главная, – отозвался он.
Его улыбка померкла, когда он осознал свой помятый вид и небритое лицо.
– Здесь есть туалетная комната?
– Да, за дверью.
Поппи положила часы обратно в его жилет. Выпрямившись, она тайком бросила взгляд на его обнаженный торс.
– Утром из дома принесли твои вещи и завтрак. Ты хочешь есть?
Гарри никогда прежде не испытывал такой голод. Но вначале он хотел умыться, побриться и переодеться. Он чувствовал себя выбитым из колеи, ему необходимо было вернуть обычную рассудительность.
– Сначала я умоюсь.
– Отлично.
Она повернулась, чтобы вернуться на кухню.
– Поппи, – он подождал, пока она посмотрит ему в глаза. – Прошлой ночью... – он заставил себя продолжить, – после того, как мы... Все было в порядке?
Ее лицо прояснилось, как только она оценила его заботу:
– Нет, не в порядке, – она замялась лишь на мгновение, – все было просто восхитительно.
И улыбнулась ему.
