Автор
В Лондоне 1852 года Поппи Хатауэй преследует Доджера в гостинице Ратледж, пытаясь вернуть украденное письмо. Их страсть сталкивается с необходимостью соблюдать общественные нормы и угрозой для будущего брака. Интрига разворачивается вокруг семейных тайн и нежелательных последствий.
Раздел Chitat.online для книги «Искушай меня в сумерках (ЛП)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В Лондоне 1852 года Поппи Хатауэй преследует Доджера в гостинице Ратледж, пытаясь вернуть украденное письмо. Их страсть сталкивается с необходимостью соблюдать общественные нормы и угрозой для будущего брака. Интрига разворачивается вокруг семейных тайн и нежелательных последствий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В Лондоне 1852 года Поппи Хатауэй преследует Доджера в гостинице Ратледж, пытаясь вернуть украденное письмо. Их страсть сталкивается с необходимостью соблюдать общественные нормы и угрозой для будущего брака. Интрига разворачивается вокруг семейных тайн и нежелательных последствий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Как он выглядит?
– На самом деле, он довольно красив. Он очень высок и...
– Так же высок, как Меррипен?
Кев Меррипен поселился у Хатауэев после того, как на его табор напали англичане, желавшие выгнать цыган из страны. Мальчика бросили, посчитав мертвым, но Хатауэи выходили его, и он остался у них. Недавно он женился на второй по старшинству сестре, Уиннифред. Меррипен принял на себя ответственность по управлению поместьем Рэмси в отсутствие Лео. Молодожены были вполне счастливы, остаться в Гемпшире на время сезона, наслаждаясь красотой и относительным уединением Рэмси-Хауса.
– Никто не сравнится ростом с Меррипеном, – сказала Поппи. – Но, тем не менее, мистер Ратледж высок, у него темные волосы и пронзительные зеленые глаза... – Стоило ей об этом вспомнить, как ее желудок выполнил внезапный кульбит.
– Он тебе понравился?
Поппи поколебалась.
– Мистер Ратледж... интригующий. Он очарователен, но у меня такое чувство, что он способен практически на все. Он словно грешный ангел из поэмы Уильяма Блейка.
– Хотела бы я на него посмотреть, – тоскливо протянула Беатрис. – Но еще больше я бы хотела посетить кунсткамеру. Я тебе завидую, Поппи. Со мной так давно не случалось ничего интересного.
Поппи тихо рассмеялась.
– И это после того, как мы только что провели почти весь сезон в Лондоне?
Беатрис закатила глаза.
– Лондонский сезон интересен почти так же, как гонки улиток. В январе. С мертвыми улитками.
– Девочки, я готова, – донесся энергичный зов мисс Маркс, и она вошла в комнату. – Проверьте, захватили ли вы свои зонтики, вы же не хотите загореть. – Трио покинуло комнату и величавым шагом проследовало по коридору. Не успев завернуть за угол, на пути к парадной лестнице, они столкнулись с необычной, для столь благопристойного отеля, ситуацией.
В воздухе звенели спорящие мужские голоса: несколько возбужденных, и, по крайней мере, один раздраженный. Послышался голос с иностранным акцентом, тяжелые удары и странное металлическое дребезжание.
– Какого дьявола... – пробурчала себе под нос мисс Маркс.
Завернув за угол, три женщины внезапно остановились при виде полудюжины мужчин, столпившихся возле подъемника для блюд. Раздался крик.
– Это женщина? – спросила Поппи, бледнея. – Ребенок?
– Стойте здесь, – напряженно велела мисс Маркс. – Я постараюсь выяснить...
Все трое вздрогнули от пронзительного крика, в котором явно звучала паника.
– Это ребенок, – сказала Поппи, шагая вперед, несмотря на приказание мисс Маркс остаться. – Мы должны как-то помочь.
Беатрис уже выбежала вперед нее.
– Это не ребенок, – бросила она через плечо. – Это обезьяна!
____________________
[1] Девичий румянец – Гибрид двух видовых роз Alba и Centifolia. Одна из самых старинных роз.
